На улице разгулялась нешуточная метель. Холодный ветер обжигал легкие, снег колол лицо и голые руки, но притормаживать и надевать куртку было некогда, я бросилась бежать к калитке. Увы! Мне это не помогло! Существо, обдавая смрадом изо рта, схватило меня за шиворот и потянуло на себя. Я выпустила из рук куртку, вцепилась в ворот, что б не задохнуться. Опять попыталась ударить напавшего, но вместо этого мы свалились в снег, вернее, на промерзшую, слегка покрытую снежком землю. Зима в этом году сугробами не радовала.
Взвыла от боли. Боль и холод полностью лишили меня способности соображать, но инстинкты продолжали работать. Мне удалось вырваться, подняться и выскочить за калитку, оставив где-то куртку, но не успела обрадоваться своей маленькой победе. Что-то огромное и черное почти наехало на меня. Я все так же инстинктивно рванула в сторону и куда-то полетела.
Женя. 26 декабря.
Как-то в первом классе, в октябре месяце, когда все палочки были прописаны и уже заканчивались буквы, я забыл дома ручку. Недолго думая, объявил об этом своей первой учительнице Татьяне Николаевне и минуты три наш класс слушал, что ученик без ручки это все равно, что солдат без ружья. «Вот представь, что завтра война, а ты ружье дома забыл! Да тебя расстрелять мало!»
Сегодня, хоть мне еще никто ничего не высказал, я понял, что жить мне оставалось три дня, считая текущий. Я не мог отыскать флешку, которая к понедельнику срочно требовалась руководству. Конечно, можно сколько угодно ругать начальство, что ему понадобились документы, про которые месяц никто не вспоминал. Но ведь понадобились! И убивать за непредоставление будут именно меня долго и мучительно. Даже представил, как ехидно потирает ручки начальник нашей службы безопасности, Олег Петрович. Беда еще в том, что обнаружил я пропажу за полчаса до начала семинара, который проходил в центральном офисе и где я был одним из докладчиков, и забить на пустопорожнее мероприятие не получалось.
Отсеминарив рванул домой. Флешки не было. Было другое. Я даже объяснить не мог в чем оно выражалось это «другое». Бук стоит, деньги на месте. А вот мойка воздуха пахала на максимуме, желая скрыть тяжелый запах Иркиных духов в холодной комнате. Вчера Ирина соизволила ко мне вернуться, но разговаривала «через губу». Вот зачем ей это примирение? Или она ждала, что я покаюсь в своих словах? Меня ее присутствие только раздражало. Наверное, нужно было выгнать к маме. Но почему-то опять этого не сделал.
Готов был голову дать на отсечение (все равно в понедельник снимут), что духами Ирка не брызгалась, мойку я оставлял на минимуме и окно не открывал. И кровать с утра никто не застилал! Проспали мы! И чашки не мыли! А они мытые! Мама зашла? Нахрена ей духами брызгаться? Чужими духами!!
Сдернул покрывало с кровати. Вслед полетело одеяло. Нет, той картины, что довелось мне как-то лицезреть на даче, после чего в одну из комнат пришлось врезать замок я не обнаружил. Белый фон – синие ромбики. А были…черные? Квадратики? Тряхнул головой. Интересно, перед казнью все с ума сходят или кто-то в здравом уме на эшафот поднимается? Потер виски, заправил кровать и пошел варить пельмени. Расстрел, расстрелом, но жрать хотелось. По дороге на кухню заглянул в шкаф. Комплект с черными квадратиками лежал там. Все, паранойя!
Белковая пища положительно сказалась на серых клеточках. Появилась слабая надежда найти флешку. Дача! Месяц назад мамане приспичило накрыть чеснок. Естественно, самым свободным был назначен я. Бук брал с собой и возможно, что на даче в последний раз вставлял в него злосчастный носитель.
Придется вечером мчаться туда. Прогноз погоды не радовал: снег, метель, на дорогах гололедица. Я, не стал переключать мойку, заправив кровать и, вымыв посуду, вернулся на работу.
В пять вечера поднял голову от бумаг, оторвал глаза от монитора и ухо от трубки. В дверь поскреблись. Почти за четыре года работы в «Вега-банке» я получил отдельный закуток и зарплату, превышающую означенную в вакансии в три раза, только получать ее с каждым месяцем становилось все тяжелее, банк испытывал финансовые трудности. Снял очки, потер переносицу. Пикнул телефон, оповещая об смс.
– Ты все еще злишься? У меня есть печенье, – похвасталась Ирина, покрутив перед моим носом пачкой «Юбилейного». Блин! Мы с ней почти девять месяцев! Родить можно, а она никак не запомнит, что я ненавижу печенье! Только вот злиться у меня сил не было, конец рабочего дня сказывался.
– Замечательно. Ставь чайник.