Абрамкин поинтересовался, для чего российскому генералитету срочно понадобилась его гордость техники, но получив уклончивый ответ в том смысле, что государственные тайны научного характера по телефону не обсуждаются, а услуга будет хорошо оплачена, Абрамкин пообещал в тот же день дать команду с отправкой проходческого щита и специалистов для работы на нём по указанному адресу. Известно, что чем больше человек имеет денег, тем больше он их хочет, так что одному из богатейших людей планеты, входящих в сотню миллиардеров России, никакие деньги не казались лишними.
Рассматривал Дотошкин и детально обсуждал со специалистами идею пожара на Лысой Горе. Его тоже начали готовить на тот случай, если возникнут сложности с пробиванием штольни под горой.
Предложение «взорвать всё к чёртовой матери», первоначально отклонённое, всё же осталось в голове Дотошкина, но он решил обсудить этот вариант с учёными несколько позднее. В конце концов, думал он, если по подсказке ракетчиков послать как бы учебные ракеты не сверху, а с нескольких сторон почти в упор, то можно же в действительности снести весь верх горы с поляной, никому об этом не сообщая, а в случае утечки информации заявить, что учебные стрельбы проводились по ненаселённой горе. Так Дотошкин думал, почти мечтая о таком решении, но тут же отверг эту мысль, вспомнив, что все средства массовой информации уже оповестили мир об этой горе и её уничтожение очень трудно будет представить в качестве случайности военных просчётов. Следовательно, этот вариант нельзя исключать, но оставить его на самый крайний случай, будучи готовым потом отбиваться от возмущения общественности мира.
Войдя в свой генеральский кабинет в пятницу, Дотошкин сел за генеральский стол и первым делом, не зная почему, буквально на всякий случай, поинтересовался у дежурного, нет ли каких новых сведений от наблюдателей за домом профессора Иволгиной. Он помнил о том, что Зивелеос недвусмысленно приказал оставить эту женщину в покое, но следить-то за нею он не мог запретить. Ведь можно же сохранять наблюдение за домом хотя бы в целях обеспечения безопасности женщины, которой могут интересоваться и журналисты и прочие службы, включая зарубежные. А последние, как известно, не стоят в стороне от всего, что происходит в России. Так что в случае чего Зивелеосу можно так и объяснить.
Ожидая получить стандартный ответ, что ничего необычного не замечено, Дотошкин был удивлён, услышав совершенно другое:
– Иволгина вчера вечером дома не появлялась, товарищ генерал.
– То есть как? – удивлённо спросил Дотошкин. – Вообще не ночевала дома?
– Так точно, не появлялась, товарищ генерал.
– А вы не пропустили её? Она ведь не молодица, чтобы гулять где-то по ночам.
– Никак нет, товарищ генерал. Свет в квартире не включался, дверь не открывалась. Может, позвонить на работу?
– Без сопливых знаю, – оборвал резко Дотошкин. Ему не нравились подсказки подчинённых.
Дежурный промолчал. Грубость начальства была не внове. Приходилось проглатывать, дабы не лишиться службы или каких-нибудь наград и очередных званий.
Дотошкин начинал злиться. Ему понравилась Иволгина, и он не мог этого от себя скрыть. Умная, красивая даже в своём немолодом возрасте, Иволгина так прекрасно, легко, непринуждённо угощала его коньяком, не задавала ненужных вопросов. Ему вспомнилось, как он хотел с пистолетом в руке обнять женщину. Он не собирался в неё стрелять. Нет, но как же жаль было, что не удалось даже обхватить её шею хотя бы в такой угрожающей ситуации. Генерал был ещё не старым мужчиной.
Теперь Иволгиной нет дома всю ночь. Дотошкин попытался уйти от глупо ревнивой мысли, что Иволгина могла провести время в другой квартире с другим мужчиной. Нет, у неё же могут быть подруги женщины. Почему бы не переночевать у кого-то из них? А если вдруг она попала под машину или ехала с кем-нибудь, и произошло столкновение? В Москве таких случаев каждый день не счесть. Прозвонить по больницам? Генерала бросило в пот. Он скрипнул зубами. Подумал: «Вот старый дурак. Она что, любовница тебе? Звони на работу, как правильно подсказал дежурный». Он позвонил. Секретарша ответила, что Иволгина вчера уехала в командировку.
– В какую ещё командировку? – раздражённо спросил Дотошкин, словно его обязаны были спросить о её отъезде.
– Этого я не знаю, – послышалось в трубке. – Спросите у главного. Вас соединить?
– Соедините.
– А кто спрашивает?
– Генерал Дотошкин, – и чуть не вырвалось «Чёрт возьми!», так возмущали его эти вопросы, будто по голосу нельзя догадаться, что звонит начальник.