– Николай Степанович, зачем же убивать нас? Мы же против вас ничего не имеем. Мои партнёры по бизнесу ожидают нас в ресторане. И мы готовы обсудить ваши предложения.
Генерал Дотошкин не слышал слова Шварцбермана. Вернее, он их слышал, но смысл их не доходил. Его потрясло увиденное. Бизнесмен свободно подошёл к Зивелеосу и положил ему руку на плечо. Догадка осенила его, и он закричал, забыв о том, что его все слышат:
– У Зивелеоса не работает защита! Он безоружен. Дежурный, приказываю арестовать немедленно Зивелеоса или убить. Он в ваших руках!
Офицер автоматически потянулся к пистолету в кармане, но Самолётов оказался быстрее. Ногой оттолкнув столик под ноги дежурному с такой силой, что офицер потерял равновесие и упал на опрокинутый стол, он отскочил в помещение хранилища золота и в два прыжка достиг безопасного для себя угла, в котором работала вся его защитная система.
А генерал выскочил в коридор и заорал на всё здание, ожидавшим его возле дверей солдатам группы захвата:
– В хранилище бегом! Взять Зивелеоса!
И тут произошло нечто такое, чего никто и предполагать не мог. В конце коридора появилась девушка в джинсовом костюме и шляпе. Расставив ноги пошире, она прокричала звонко:
– Отставить, генерал! Всем оставаться на местах. Я – Соелевиз!
– Кто-о-о? – Закричал генерал в бешенстве.– Это ещё что за фурия здесь объявилась? Я тебе сейчас ноги обломаю за такие шутки. Вон отсюда, пока цела.
Таня, это, конечно, была она, в иной ситуации, наверное, испугалась бы. Она всё-таки была ещё совсем девчонкой, но весь разговор генерала с Зивелеосом, все его угрозы в адрес её любимого человека и последнее требование арестовать его, что она слышала от слова до слова в свои наушники, так сильно подействовали на неё, что она готова была именно как женщина растерзать генерала. Так что, ещё крепче укрепив свои ноги в пол, девушка подняла свою лазерную трубку и чуть ли не рычанием произнесла:
– Генерал, я не так хорошо стреляю, как Зивелеос, потому боюсь, что убью вас, а не перережу палец, в который не попаду.
И она выстрелила, целясь в плечо генералу, но действительно, от сильного волнения, рука её дрогнула и луч попал в мочку уха Дотошкина. Генерал ощутил ожог, но не это вынудило его сердце ёкнуть, а редкие волосы зашевелиться. Предчувствие катастрофы заставило его почти машинально махнуть рукой солдатам в направлении по-прежнему стоявшей в конце коридора девушки. Те бросились к ней, но, как и ожидал уже внутренне генерал, они разлетелись к стенам, так и не тронув его обидчицу.
– Поясните, кто вы, – чуть ли не умоляющим голосом сказал генерал, зажимая левой рукой раненое ухо.
– Я – Соелевиз! – повторила Татьяна, наблюдая с радостью, какое ошеломляющее действие произвела своим появлением и потому, сразу успокоившись, продолжила: – Я невеста Самолётова. Считайте меня вторым Зивелеосом, так как Соелевиз – это и есть Зивелеос, читая наоборот.
– Так вы Иволгина?
– Точно так, генерал. А теперь, зная это, войдите в комнату пульта управления и дайте команду открыть все двери вашего проклятого хранилища золота. Пока Николай не появится здесь, вы живым отсюда не выйдете. Помните, что я плохо стреляю с дальнего расстояния, а подойду ближе и снесу вашу голову без промедления.
Вспомнив, как это делал Николай, Таня угрожающе добавила:
– Считаю до трёх. Раз…
Дотошкин тяжело повернулся, и, не отнимая руки от уха, вошёл в комнату с надписью «Посторонним вход строго воспрещён» и сказав всё слышавшему дежурному: «Это просто кошмар. Я подаю в отставку», приказал:
– Открыть двери! Выпустить Зивелеоса!
Не прошло и пяти минут, как Зивелеос, а за ним Шварцберман и Татьяна вошли в диспетчерскую управления охраной банка. Дотошкин с опустошённым взглядом сидел на одном из стульев комнаты, приложив носовой платок к слегка кровоточащему уху. Академик Сергеев присел рядом, пытаясь успокоить генерала, рассказывая ему об огромных возможностях, которые может открыть перед человечеством великое открытие. Зивелеос загрохотал:
– Спасибо, генерал, за радушный приём и восхитительную экскурсию, придуманную вами, а так же за готовность убить меня или, в крайнем случае, уморить голодом, если я откажусь добровольно расстаться со своим могуществом. Вы не знали, что для этого вам пришлось бы долго ждать, ибо у меня с собой на всякий случай всегда имеется бутылка с энергетическим напитком, позволяющим длительное время не страдать от голода. Эта мера никогда не лишняя. У нас всё предусмотрено. Я говорю это вам для того, чтобы в ваши будущие планы захвата меня, а теперь и Татьяны, вы включили такой аспект и ожидание многих других сюрпризов, которые не стану вам раскрывать сегодня, так как в противном случае они не будут сюрпризами.