Но я не стану долго говорить об этом дискуссионном вопросе, не буду рассказывать о Тарасе Евлампиевиче, с которым работал и знаком половину своей сознательной жизни и которого многие из вас тоже прекрасно знают. Мы собрались сегодня слушать не меня, а Наукина. Попросим же его приступить к своему сообщению, ожидаемому нами с превеликим нетерпением.
Наукин поднялся.
– Прежде всего, хочу заявить, что мы не грабители, как представляют нас некоторые средства информации. Мы экспроприируем деньги у тех, кто их добыл нечестным путём. Часть этих сумм мы тратим на науку, остальное отдаём бедным. То есть мы осуществляем то, что должно делать государство. Теперь обратите внимание на то, что государство, оказывается, возвращает ограбленным, как говорят, олигархам их потери в полном объёме. Вот и получается, что государство оплачивает нашу науку и помогает бедным, только происходит это опять-таки за счёт всех налогоплательщиков, а не тех, кто грабил народ.
Тарас Евлампиевич провёл рукой по бороде и обвёл глазами зал, продолжая говорить мягким голосом:
– Это я изложил в качестве преамбулы. Теперь перейду к тому, что я придумал. Вы знаете, что я работал по теме магнетизма земли в институте энергетических исследований. Я вижу, что в первом ряду сидит мой бывший коллега по этой теме Никита Семёнович Мстительский. Мы начинали мою идею вместе, но потом разошлись в некоторых принципиальных вопросах, и я стал работать самостоятельно. Приятно, что здесь собрались специалисты, которым будет понятно с полуслова то, о чём я буду рассказывать. Однако мне бы хотелось сначала в нескольких словах изобразить перспективу моего открытия. Представьте себе, что на дорогах не будет никаких аварий, если снабдить каждую машину моей системой защиты. Автомобили в случае сталкивания друг с другом будут разлетаться, как разлетаются одноимённые заряды, но не будут разбиваться. Более того, в них невозможно будет попасть несанкционированно. Только владелец, имеющий ключ с кодом, сможет в неё попасть. Я не говорю уже о том, что транспорт этот можно будет сделать летающим и практически безопасным. У меня просто не хватило пока времени для того, чтобы позволить моему автомобилю летать. А безопасность его я уже обеспечил.
Наукин остановился на минутку и улыбнулся, видя восторженные глаза сидящих в зале. Даже глаза военных, пришедших в зал для обеспечения порядка, округлились в удивлении.
– Я уверен, – добавил он, – что каждому из вас хотелось бы обладать таким индивидуальным транспортом. И это уже не фантастика, а реальность, которую я надеюсь продемонстрировать вам сегодня.
В зале стояла мёртвая тишина. Все боялись пропустить хоть слово учёного. И он говорил:
– Я назвал только одну область применения моего открытия. Добавлю к этому, что моей системой можно обеспечивать абсолютную защиту квартир, магазинов, складов и любого объекта от непрошеных гостей, не используя при этом многочисленные и хитроумные замки с придумыванием бесчисленных кодов. Можно создавать индивидуальную защиту каждому человеку, какую имеют сегодня Зивелеос и Соелевиз, в чём многие успели убедиться. Мы сможем избежать насилия, а это приведёт к реальной всеобщей демократии, когда никто никого не сможет заставлять что-то делать. Всё будет решаться всеобщим согласием. Вы понимаете, что это полная перестройка мира, пусть даже и далёкая?
Президент академии не удержался и вскричал в стоявший перед ним на столе микрофон:
– Я же говорил – это гений!
Наукин опять погладил свою бороду и поднял указательный палец вверх:
– Но… Здесь есть одно но, Сергей Сергеевич. Причём важное. Эта система защиты не может быть абсолютно независимой, пока, по крайней мере. Защитная система – это сгусток энергии, то есть спрессованное энергетическое поле, которое подаётся из управляемого источника. Позвольте мне показать это в виде упрощённой схемы.
Наукин вышел из-за стола, подошёл к большой белой доске, укреплённой на задней стене сцены и, взяв цветной фломастер, начал чертить по доске, поясняя: