— Забавно, что ты это предложил мне, — Мефистофель не смотрел и на этого собеседника, хотя он был равен по статусу ему самому. Его взгляд был направлен вверх, на морду белого льва. – Но зачем такому корыстолюбивому существу, как ты, делать власть со мной?
— Грех очень похож на тебя, его действиями руководит не жажда наживы или власти, а желание показаться лучше другим лучше, чем есть на самом деле. Я не могу в полной мере понять его поступки. А мои попытки повлиять на них могу привезти к неожиданным последствиям. Ты же знаешь, что я не из тех, кто любит неожиданности. Поэтому мне нужен кто-то такой же горделивый, как юный принц, чтобы знать, на какие рычаги давить. Так каков будет вой ответ?
Повисло молчание, во время которого Мефистофель спокойно раскачивался в кресле. Прошла минута, две. Он словно забыл, что рядом гость.
— Мефистофель, так ты со мной? – наконец громко произнёс Мамона.
— Дорогой мой друг, к твоему сожалению, я выбрал свою марионетку в этой игре и буду управлять ей до конца. Ты прав, возможно, её убьют ангелы, но она ещё жива, а значит, игра продолжается, и ты ещё не выиграл. Хорошая попытка, но ты не сделаешь меня своей марионеткой, я буду полноценным игроком. Если это всё, что ты хотел сказать, то разговор окончен.
— Ты что, шутишь?! – не выдержал демон жадности. – Злата мертва! Она одна в чужом незнакомом мире без оружия. Едва узнав об этом, к ней, как мухи, слетятся ангелы правосудия. Время её жизни пошло на минуты. А Грех без пяти минут дьявол. Если ты сейчас ему не присягнёшь, то, как минимум, до следующего века потеряешь своё положение и влияние! Ты безумец, если собираешься поставить на полуживую принцессу!
Мефистофель всё ещё спокойно покачался в кресле, словно и не слышал воплей гостя. Ни один мускул на его лице не дрогнул.
— Послушай, друг мой Мамона, положение, влияние, богатство — эти вещи для меня значат куда меньше, чем для тебя. Для меня главное – честь и гордость. Предательство растопчет их в прах. Какой же из меня после этого будет демон гордыни? И к тому же, будет скучно, если дьяволом станет очередной чёрный маг. Всё те же проклятия, сглазы, порчи. Разве тебе за столько веков это не надоело?
— Как будто войны – это такое уж редкое событие? – прошипел сквозь зубы Мамона, окончательно потеряв нить размышлений своего собеседника. – Как будто мы видели мало воинов на троне?
— Может и не мало, но таких ещё не было.
— Женщиной-воином сейчас немногих можно удивить.
— Я не об этом. Она – искорка света в кромешной тьме, но на свету она покажется сгустком мрака. Она — совсем не то зло, которое должен олицетворять дьявол.
— Тогда почему ты её так хочешь видеть на троне, если считаешь, что она этого недостойна?! — Мамона совсем потерял нить размышлений Мефистофеля, от чего не мог перестать злиться на него.
— Я не сказал, что она не достойна. Всё просто, друг мой. Это может привезти к абсолютно неожиданным последствиям и переменам в нашем застоявшемся скучном мире.
Глава 7 Вздох облегчения
Уже светало. Злата ходила кругами по зданию, под которым нашла Вельзевула с его компанией. Оставаться там до утра у неё не было никакого желание. В компании тех, кто желает попробовать на вкус всё в этом мире, находиться как-то не по себе. Вдруг они и тебя захотят отведать на вкус? Вельзевул, кстати, не смотря на свою внешнюю доброжелательность, пробовал мясо бессмертных, даже, как утверждали слухи, не только демонов, но и ангелов.
Девушка нервничала, ведь осмелилась доверить демону, который никогда не был на её стороне, того, кто казался последней надеждой.
Где же он? Почему так долго не приходит? Может, его убил Грех или кто-то из его свиты? Может, демон чревоугодия оказался обманщиком? И ещё много подобных мыслей. Как хотелось сбежать. Но куда? Если Вельзевул всё-таки не солгал, то Снежок явится именно сюда, как только его найдут и всё объяснят. Да и снаружи в любой момент может появиться ангел. Единственная защита от него – стены, пропитанные злом настолько, что стали убежищем демона.