Ничего не говоря, маленький дьявол что-то зашептал, затем щёлкнул пальцами правой руки и эту же руку выбросил вперёд. Вильгельма вместе с его мечом какая-то неведомая сила потащила в дым. Теперь чёрное месиво не пыталось раздавить ангела, оно спокойно его пропустило и выбросило с другой стороны.
— Что там произошло?! – тут же подбежал Снежок. – Где Златка?!
— Там… её брат… он хотел… остаться с ней наедине… — тяжело дыша, прерывисто говорил Вильгельм.
С трудом привстав, он выпрямился, сделал шаг к стене из дыма и дотронулся до неё. Горячее плотное месиво, через которое не пробиться. Для верности ангел ещё раз ударил мечом, но тщетно. Лезвие тихо прошло сквозь пелену, не оставив в ней ни следа.
— Плохо! Плохо! Плохо! – шипел Снежок. В его маленькую кошачью головку больше не приходило никаких идей. Он пытался произносить тоже заклинание, но без толку. Дымка не поддавалась во второй раз. Оставалось надеяться, что Грех пришёл не ради убийства сестры, но эта мысль казалась уж слишком сумасшедшей.
Глава 20 Что значит «дьявол»
Выгнав лишнего, Грех повернулся к сестре и с тяжёлым вздохом заговорил:
— Ты, как была невежественной, Железяка, так и осталась. Разлеглась в присутствии самого дьявола.
Этот знакомый ненавистный тон привёл девушку в чувство. Она приподнялась, опираясь на меч и заговорила тем же насмешливо-недоброжелательным тоном, каким обычно говорила с братом.
— Я смотрю, Недогрех, ты только рога отрастил, а внутри остался такой же занозой. С твоей стороны было очень великодушно спасти свою любимую старшую сестру. Чем обязана такой щедрости? Хочешь сам меня прикончить или всё-таки братская любовь заколола в сердце, которого нет?
— Проклясть бы тебя ещё сильнее за твои шуточки, — покачал головой Грех, не теряя самообладания. – Но я очень сильно хочу увидеть, как ты выполнишь своё обещание.
— Займу твоё место?
— Ха-ха-ха, — притворно посмеялся Грех. – Тебе надо поработать над чувством юмора. Если у тебя настолько короткая память, что даже мой подарочек не смог её освежить, то я напомню: в день своего изгнания ты пообещала утопиться в святой воде, если я стану дьяволом. Я выполнил свою часть сделки, теперь…
— Тебя там не было, — бестактно прервала его Злата. – Ты не можешь дословно знать, что я говорила в тот день.
— Повторю: слуги очень болтливы, а память у них лучше, чем у тебя. А если ещё применить магию, то можно быть полностью уверенным в правдивости их слов. Или моя сестра мало того, что невежественна, так ещё и лгунья, которая бросает на ветер пустые речи о своей жизни?
— Если уж на то пошло… — девушка сделала пузу, — то не престало меня учить честности самозванцу, пытающемуся строить из себя моего младшего брата.
Губы Греха расплылись в жуткой кривой ухмылке.
— О, та ты знаешь наш маленький секретик. Что ж, я тебя разочарую. Пусть дела наших матерей останутся в прошлом. Я никакой не самозванец. Хоть магией проверяй, хоть наукой, в моих жилах течёт кровь Люцифера и Евы. Если хочешь найти в моих словах скрытый смысл и как-то приплести сюда библейские сюжеты, то зря. Я говорю о тех, кого ты хорошо знаешь.
— Принц Грех умер десять лет назад, — не сдавалась Злата.
— А спустя два года воскрес. Представь себе, Железяка. Ты же прекрасно знаешь, что среди подобных нам это возможно. Я знаю о своём происхождении всё. Смирись: ты не сможешь доказать Небесам, что я самозванец, ведь я им не являюсь.
Повисло молчание, которое спустя минуту прервал сам же Грех.
— Если тебе больше не в чем меня упрекнуть, то я приму твою так называемую «благодарность» за спасение и удалюсь.
— Стой. Я так понимаю, ты приказал Астароту разрушить все храмы в округе. Почему, если хочешь, чтобы я утонула в святой воде?
— Да, я приказывал демонам уничтожать храмы. Так я хочу бросить вызов Богу. Слишком долго он был добром, а мы — злом. Пора устроить новую войну света и тьмы и поменять две крайности местами. Храмы уничтожаются по всему миру, а не только в этом убогом городишке.