— Э, ты кто такая? – громче музыки рявкнул полный мужик, который и запустил бутылку.
Комический персонаж бы улыбнулся пошире и стал рассказывать людям небылицы про то, как случайно оказался не в том месте и не в то время, но в сравнение с этим Златка была скорее диким зверем, задумавшим, что-то украсть у людей. То, что они её разоблачи, на удивление даже для её самой, стало причиной повеления азарта. Она почувствовала себя словно в какой-то игре. Быстро схватив шампур одной рукой, кинжал другой, под брань людей и громкую музыку Злата ринулась к забору и в считанные секунды его перемахнула. Она сама себе удивлялась: не проще были бы сделать так сразу?
Немного пропетляв между кварталами, девушка остановилась в сквере, где с жадностью голодного зверя сорвала первый кусок мяса, уже успевшего остыть во время всей этой беготни. Затем второй, третий. Сам Вельзевул позавидовал бы её аппетиту в тот момент.
Но, не успев дожевать третий кусок, Злата слова заметила краем глаза движение. Почти незаметное, неявное и неразличимое, но оно заставило инстинкты воительницы снова обостриться. Увернувшись и откатившись по траве, девушка наконец подняла глаза на нападавшего. Фонари стояли далеко, так что в темноте его лицо было неразличимо. Но лезвие меча отливало серебряным блеском, а крылья за спиной были расправлены, словно он только что спустился с небес. Это был худший противник, которого только могла встретить принцесса Ада в мире людей, ангел правосудия.
Немного перевалило за полночь. Тихо потрескивал камин, на котором красовалась голова белого льва. Зверь оскалил зубы и словно беззвучно рычал, пока в его груди горело пламя. Глаза хищника были сделаны из настоящих изумрудов и установлены так, что отражение пламени плясало в камне, создавало ощущение того, что лев живой и вот-вот его беззвучный рык раздастся в ушах того, кто его увидел. Но в тот момент на эту фигуру смотрело только одно существо, чей горделивый взгляд заставил бы сникнуть даже царя зверей, если бы он был настоящим. Это был демон гордыни. Выглядел он, как крепкий мужчины лет сорока, гладко выбритый и хорошо причёсанный. Даже у себя дома этот демон напоминал аристократа на богатом приёме.
Больше в комнате не было никакого освещения. Лишь мрак, испуганный пламенем, дрожал в тёмных углах на дорогих обоях, будто доставленных прямиком из XIX-ого века на машине времени. Сам же хозяин расположился в кресле-качалке с книгой и чашкой элитного чая, который вопреки законам физики почему-то не выплёскивался при наклоне кресла. Немного обшарпанная книга восточной мудрости, написанная на языке оригинала, почти не удостаивалась внимания мужчины, на чьих коленях она лежала в открытом виде. Он иногда опускал взгляд туда, выхватывал пару строк, а затем глядя либо на огонь, либо в глаза льву, анализировал их в уме. И при этом он сохранял невозмутимость, словно на него смотрят несколько тысяч поддонных, а он сам был по меньшей мере королём.
Но такие размышления прервал тихий несмелый стук в дверь.
— Господин Мефистофель, — раздался негромкий голос, а дверь чуть-чуть приоткрылась. – Вас просят.
Слуга, произносивший эти слова, даже не решился показаться из темноты.
Выдержав паузу в секунд десять, за которые не прозвучало никаких уточнений, Мефистофель всё-таки заговорил спокойным низким голосом, абсолютно не выражающим никаких эмоций:
— Кто именно хочет меня видеть?
— Снежок. Личный слуга принцессы. Он говорит, что дело очень срочное.
Снова долгое пауза, и наконец раздался голос демона:
— Впусти его.
— Слушаюсь.
Слуга так и не появился, а дверь открылась чуть шире и из-за неё пулей выскочил какой-то белый комок и рванул к самому камину. Этот комок оказался мальчиком на вид лет 8-10, но его рост едва превышал полметра из-за чего мальчик казался ожившей куклой. На эту мысль наталкивал ещё и красный галстук-бабочка у него на шее, который не стал бы носить ни один ребёнок. А вот белая рубашка, заправленная в коричневые брюки с подтяжками только с одной стороны, выдавала в нём детскую небрежность. Но, кроме уж очень маленького роста в мальчике было ещё несколько странностей. Из копны растрёпанных снежно-белых волос торчали большие белые кошачьи уши и маленькие козлиные рожки, которые было не так легко заметить на фоне бросающихся в глаза ушей. Ещё странным казался белый пушистый хвост, которым мальчишка нетерпеливо бил по полу.