Когда она уснула, утомленная и, кажется, счастливая, он навел на нее сонные чары, оделся и сел за стол, писать письмо. Сказать, что он должен уйти, почему-то не получилось.
***
Наутро после праздника Кайт сидел на кухне, мучился похмельем и досадовал на Иволгу, а заодно, конечно, на Серпа. Девушка всегда встает рано и спешит готовить завтрак. Значит, задерживает ее сегодня мраков чародей, понятно, за какими надобностями. А его буйная головушка тем временем раскалывается без замечательного отвара, который умеет готовить пташка. С другой стороны, а кто в этом виноват? Да, Серпента подливала настойчиво, но он-то не отказывался. И чем сердиться на Иви, лучше за нее порадоваться.
Порадоваться, впрочем, не получилось. Не успел Кайт додумать покаянную думу, как в кухню вошла Иволга, грустная, как осенний дождик.
-- Это тебе, -- положила перед стражником свернутый и запечатанный кусок пергамента.
-- А Серп где? -- парень непонимающе смотрел на послание. -- Неужели с раннего утра в пыточной?
-- Нет. Думаю, он давно в Регисе.
-- В Регисе? Что за мрак! -- пробормотал Кайт, ломая печать и разворачивая пергамент. -- Иви, будь ласкова, приготовь свой отвар. Ну, тот самый, от которого голова просветляется.
"Крестэль, я вынужден отбыть в Регис по срочному делу", -- гласило послание. -- "Приглядывай за Иволгой. Обидеть ее вряд ли сумеют, амулет по-прежнему действует. Смотри, чтоб не приставали, и сам не вздумай! Зачарую так, что только на мужиков заглядываться будешь."
-- Вот недоумок! -- проворчал Кайт.
-- Что там?
-- Чушь всякая, -- стражник продолжил чтение.
"Вернуться намереваюсь через неделю. Если что услышу в столице о тебе или Эроне, постараюсь разузнать."
Вместо подписи красовался довольно изящный рисунок молодого месяца, силуэт которого перечеркивал узкий лоскут облачка.
Парень отбросил записку на стол, запустил пальцы в буйные кудри, баюкая больную голову. Потом взглянул на Иволгу, которая понуро возилась у очага.
-- Вы, часом, не рассорились?
-- Нет. Совсем нет, -- девушка разожгла, наконец, огонь, пристроила греться воду для отвара и села у стола напротив Кайта. -- Но он ушел, даже не попрощавшись, ничего толком не объяснил. Снова наслал на меня сонные чары. Всегда так поступает, когда хочет отделаться. И другие чары накладывает без спроса, -- она с обидой вспомнила первое превращение в белочку. -- Знаешь, как это неприятно?
-- Догадываюсь, -- с несколько наигранным сочувствием сказал парень. Способность Серпа быстро, без разговоров и убеждений утихомирить подружку вызывала легкую зависть. В то же время Кайт отлично понимал, что имей он дар и начни поступать таким же образом с любимой сестренкой, к примеру (а иной раз очень хотелось!), их дружба быстро сошла б на нет.
-- Мне он тоже письмо оставил, -- девушка вынула из-под передника кусок пергамента и протянула Кайту.
Серп оставил ей не только послание, но и сигнальный желудь. Это встревожило Иви, но делиться страхами с Крестэлем она пока не хотела.
"Птаха, мне срочно нужно в Регис. Мерта сказала, Нетопыри меня не ищут и никогда не искали. Значит, ошейник надел кто-то другой. Наведу справки, встречусь кое с кем и через неделю вернусь. Сил должно хватить. Скажи Вермею, что меня дней семь не будет, срочно понадобился родичам в Пироле. Ни с кем о моих делах не болтай. Впрочем, от Крестэля правду можешь не скрывать. Я написал ему, чтобы он не оставлял тебя без помощи. Амулет по-прежнему действует. Если что, тут же окажусь рядом. Серп."
-- С Вермеем я сам поговорю, -- пообещал стражник. -- Незачем тебе ходить в замок.
-- Можно мне прочитать, что он тебе написал? -- Иволга чуть зарумянилась, но глаз не опускала.
Кайт хмыкнул и протянул записку. По мере чтения девичьи щеки алели все ярче, зато с лица исчезло тоскливое выражение.
-- Спасибо, -- пробормотала она, возвращая послание. -- Не стоило мне тебя вчера целовать.
-- Стоило-стоило, -- усмехнулся Кайт. -- И мне приятно, и Полумесяцу твоему полезно быть настороже.
Иволга, неумело пряча довольную улыбку, встала и вернулась к очагу, проверить воду. Чайник уже напевал ворчливую песенку, поблескивая начищенными медными боками, и девушка кинула пригоршню сухих трав в большую глиняную кружку.
-- Вот, подожди немного, пусть настоится, -- Иви поставила перед парнем накрытое блюдцем питье. -- Эта Мерта, она ведь трактирщица?
-- Да, -- кивнул тот, не в силах отвести взгляд от вожделенного взвара, один запах которого бодрил.
-- Откуда же она знает про дела Нетопырей? Серп рассказывал, те строго блюдут свои тайны.
-- А мне приходится блюсти чужие, -- проворчал Кайт, вовремя вспомнив предупреждение чародея. Мол, недовольна хозяйка "Клыка" его болтливостью. -- Пить-то уже можно? -- стражник придвинул кружку поближе, опасаясь, что девушка примется выпытывать.
-- Нетерпеливый ты, Кайт. Чем лучше заварится, тем быстрее поможет.
-- Пока оно заваривается, я от боли умру! -- простонал Кайт, картинно прижав ладонь ко лбу. -- Помогать некому будет!
-- Светлое Солнце! Какое счастье, что у мужчин не бывает женских недомоганий, -- усмехнулась девушка. -- При малейшем нездоровье вам начинает мерещиться путь к новому воплощению. От похмелья еще никто не умирал. -- Парень насупился, но хвататься за голову перестал. -- Скажи, Мерте можно верить? Она не отправит Серпа в ловушку?
-- Нет, ей это ни к чему. Да и поладили они с чародеем на зависть, как я понял.
-- Ты ведь тоже знаком с Мертой?
-- Знаком.
-- Отведи меня к ней, пожалуйста.
-- Зачем? Она старая-престарая. С Серпом они просто болтали, ничего такого...
-- А я ничего такого и не думаю, -- сказала Иви запальчиво. -- Я хочу побольше узнать о делах Серпа, раз уж он сам ничего не соизволил объяснить.
-- Вряд ли Мерта захочет с тобой откровенничать, -- Кайт полагал, что бывшая Нетопыриха не то что откровенничать, просто разговаривать с Иволгой не станет, но постарался смягчить суровую правду.
-- Ты пей, пей, уже готово, -- девушка сочла разумным немного обождать с уговорами. Пускай страдальцу хоть чуть-чуть полегчает, глядишь, проще будет согласие получить.
Кайт тут же снял с кружки блюдце, оросившее стол горячим дождиком, подул на парящий отвар и осторожно сделал первый глоток. Иви терпеливо молчала, пока стражник пил, то и дело обжигаясь.
-- Я уж попытаюсь добиться от трактирщицы ответов, -- продолжила разговор, когда парень, переведя дух, отодвинул опустевшую кружку. -- Кайт, миленький, ну пожалуйста, -- взглянула умоляюще. -- Ты меня только проводи до трактира. Или хоть дорогу объясни.
-- Ладно-ладно, -- сдался Кайт, осознав, что Иволга не отстанет. -- Помолчи, не канючь, в висках отдается, -- прикрыл глаза. -- Завтракать сегодня не буду.