-- Нет, -- чародей удивленно взглянул девушке в лицо, чувствуя, что она говорит чистую правду. -- Крестэль мне, вообще-то, не друг.
-- Это неважно, -- улыбнулась Серпента. -- Мне было б досаднее ошибиться в отношении служанки.
-- Досаднее?
-- Эта простушка могла б оказаться твоей подругой. Вы так мило смотрелись вместе на празднике!
-- Подруга -- не жена, -- хмыкнул Серп.
-- О, я слыхала, вы, чародеи, когда дело касается любовных связей, приносите перед небесными Госпожой или Господином обеты, которые превосходят по силе брачные.
-- Давайте оставим в покое мои обеты и служанку, госпожа, -- Серп вспомнил жалобы Иволги на дурное обращение Серпенты и решил положить конец странному разговору.
-- Все-таки служанку? -- не сдавалась чернокосая, по-прежнему обворожительно улыбаясь.
-- Значит, вы интересовались мной? Зачем? -- чародей будто не услышал вопроса.
-- Серп, мы знакомы не первый день, хоть и не так близко, как хотелось бы, -- из голоса девушки исчезли жеманные нотки, улыбка перестала соблазнять, стала просто любезной. -- Надеюсь, скоро познакомимся гораздо лучше. Обращайся ко мне как к равной.
-- Хорошо, -- чародей был совершенно сбит с толку.
-- Я хочу познакомить тебя с одним человеком. Возможно, он предложит тебе работу.
-- У меня уже есть работа, -- палач невольно вспомнил Рубуса.
-- Думаю, это предложение покажется тебе более заманчивым, чем место помощника мелжского палача. И не тревожься, нарушать законы или обеты тебе не придется.
-- Ладно, -- кивнул чародей, ощущая, как Серпента прижимается теснее, увлекая куда-то. -- Куда и когда мне прийти?
-- Я уже веду тебя к нему, -- усмехнулась девушка.
-- Нет, постой, -- Серп застыл на месте. -- У меня есть срочное дело.
-- Какое еще дело? -- сверкнула глазами Змейка. -- Ты не представляешь, к кому мы идем!
-- Ну так скажи.
-- К Маргриту. Знаешь, кто он? -- тон девицы намекал, что знать такое опальному чародею не под силу.
-- Знаю. Правая рука господина Аула Харьера, наместника при сиятельной принцессе Эроне, -- имена благородных Серп на сей раз произнес с положенным почтением.
-- И ты хочешь заставить ждать такого человека?
-- Ни за что не поверю, что он ожидает меня прямо сейчас. Давай встретимся завтра, и я с радостью...
-- Нет, сегодня! -- голос Серпенты зазвенел железом. -- Завтра Маргрит сможет найти другого. И что там за дело ты выдумал? Или просто выказываешь свой знаменитый норов?
-- Хорошо, сегодня так сегодня. Веди, -- покорился Серп. Признаваться в желании увидеть Иволгу он не стал бы никому, а беззастенчиво врать скользким личностям вроде Серпенты было неразумно. Кто знает, какие амулеты у нее припрятаны? Вряд ли она случайно столкнулась с ним на улице, имея столь важное дело. И чародей на всякий случай усилил защиту своих мыслей от чужого проникновения.
Змейка торопилась и, видно, поэтому шла молча. Серп же всю дорогу до крепости думал не о том, что его ждет, а о том, откуда взялась почти необоримая жажда увидеть птаху.
***
В королевский замок они вошли не через главные ворота, а через незаметный боковой ход, низкую железную дверцу в основании одной из башен. Створка распахнулась, стоило девушке приложить к углублению в каменной притолоке свой перстень. Похоже, амулетов на девице и правда было немало, но ни один из них не чувствовался.
Чары, охраняющие вход, оказались сложны и во многом незнакомы, не чета небрежной работе Саликса. Серп сделал вид, что зацепился плащом, и замешкался в дверном проеме, пытаясь хоть чуть-чуть разобраться в необычной волшбе. Девушка нахмурилась и бесцеремонно дернула его за руку.
-- Дешевые уловки, -- подхватила полу плаща мужчины, помахала ею в воздухе. -- Не пробуй копаться в чарах, которые встретишь во дворце. Об этом тут же станет известно. И тебя не похвалят за любознательность.
-- Кто их накладывал? Альнус?
Серпента лишь фыркнула, не удостоив спутника ответом.
Они поднялись по узкой винтовой лестнице и оказались перед дверью, на сей раз деревянной. Взору открылась небольшая комната без окон, с широкими лавками вдоль увешанных гобеленами стен. Под невысоким узорчатым потолком висел чародейский светильник, от горящего камина шло приятное тепло, тянуло дымком. Серпента скользнула за один из гобеленов, велев ждать.
Вскоре из-за тканого полотнища, по всей видимости скрывавшего еще одну дверь, вышел мужчина. Он выглядел старше Серпа, лет тридцати с небольшим, одет богато, но неброско. Лицо открытое, умные карие глаза глядят любезно, почти весело. Темная щегольская бородка разительно отличалась от обширных, хоть и аккуратно подстриженных, зарослей на лицах Абиса и Седруса. Чародей с трудом удержался, чтобы не потереть свои покрытые щетиной щеки. Бриться он не любил из-за неизбежных порезов и траты времени, предпочитая удалять лишнюю растительность с помощью чар, но сейчас приходилось беречь силы.
-- Здравствуй, -- мужчина радушным жестом предложил гостю присаживаться на лавку, сам устроился рядом, повернувшись к собеседнику. -- Я -- Маргрит. А как твое полное имя?
-- Серпилус.
-- Серпилус, у меня будет к тебе весьма серьезное и, думаю, соблазнительное предложение. Но сначала ты должен рассказать, каким образом одаренный оказался палачом. Нужно ли пояснять, что я сумею почувствовать ложь, хотя и не являюсь чародеем? -- говорил Маргрит доброжелательно, во взгляде проглядывало сочувствие.
-- Нет, не нужно, -- вздохнул Серп. В этой комнатке тоже ощущались чары, охранные и глухие, что не давали подслушивать, все с тем же незнакомым "привкусом".
Маргриту Серп рассказал почти все. Не в последнюю очередь потому, что тот не смотрел презрительно, как Юнкус, или с примесью жалости, как Илекс. Не упомянул чародей лишь Мерту, как и обещал трактирщице, да ее друга-Нетопыря. Свой визит в Регис объяснил сведениями, полученными от знакомца Кверкуса, который имеет отношение к ордену. И ведь не соврал! Хвала Госпоже, Илекс сам признался, что знает наставника Серпилуса.
Помощник наместника выслушал внимательно, попросил разрешения взглянуть на ошейник.
Палач развязал платок и обнажил шею. Маргрит придвинулся ближе, наклонился, некоторое время разглядывал темную полосу, потом провел по ней пальцем, украшенным вычурным перстнем из золота и серебра с перламутром. Серпу было не слишком приятно дотошное разглядывание позорной метки, но он сжал зубы и вытерпел молча.
-- И избавиться от него никак не удается? -- уточнил мужчина.
-- Нет. Я пробовал сам, потом пытался мой наставник. Полоса не только не исчезла, а стала заметнее.