-- Ах ты, мракова потаскушка! -- в шипении послышались визгливые нотки. -- Да я тебе все волосы выдеру!
-- Никакая я не потаскушка! -- Иволга сама удивилась охватившей ее злости. Поймала вторую руку трактирщицы и слегка встряхнула беснующуюся женщину. -- Я всего лишь хочу узнать, что за разговор у вас был с Серпом в ночь после праздника!
Кайт все-таки сделал попытку утихомирить хозяйку, но та стала во весь голос призывать сына. Стражник почел за лучшее отступить. Пускай лучше Яс свою мамашу утихомиривает.
-- Полегче, златовласка, -- на плечо Иволги легла рука. -- Ну-ка, отпусти маманю. -- Девушка послушалась, парень быстро отодвинул ее подальше от разъяренной Мерты, не упустив возможности будто невзначай провести ладонью по одной из кос. -- Забирай ее и выметайтесь отсюда, -- велел Крестэлю.
-- Погодите-ка, -- женщина, мигом успокоившись, пытливо взглянула на Иволгу. -- Откуда ты знаешь про мои дела с палачом? И тебе-то что до них?
-- Он сам мне сказал, что к тебе отправляется! И я не хочу, чтобы Серп попал в беду. Довольно уже с ним плохого случилось, -- Иви отодвинулась от Яса, который так и ел ее глазами.
-- Давай-ка, сын, назад, за стойку, -- распорядилась Мерта, от которой не укрылся живейший интерес парня к незваной гостье. -- Помог, спасибо. Дальше сама справлюсь. Коли это и в самом деле лассочка, я непременно узнаю, в каком веселом доме ее искать.
Парень слегка покраснел, но прекословить не стал, развернулся и вышел.
-- Она не из веселого дома, Мерта, -- сказал Кайт. -- Она подружка Серпа.
-- Подружка? -- выцветшие брови трактирщицы поползли вверх в искреннем удивлении. -- Никогда б не подумала, что палач станет обременять себя подружкой! Такой разве что постоянную девицу заведет, которая для него всегда свободна и цену не заламывает, -- окинула насупившуюся девушку насмешливым взглядом.
-- Я его служанка, -- Иви вскинула голову. -- Но все равно о нем беспокоюсь. И если ты заманила его в ловушку... -- осеклась, охнула, схватилась за левую руку повыше локтя, потом принялась вытрясать что-то из рукава. На пол посыпался черный песок.
-- Служанка! -- хмыкнула Мерта. -- Слыхала я, что у Серпа прислуга наглая, но не верила. А зря. Что ты мне полы пачкаешь? Что это за труха? -- носком башмака провела по темному пятну.
-- Это... -- Иви снова ощупала руку сквозь рукав. -- Это, наверное, остатки оберега... Он же написал, что браслет у меня останется... Значит, он умер?! -- вскинула полные слез глаза на Кайта, мигом из уверенной особы превратившись в несчастную перепуганную девчушку.
Великан только руками развел. Зла чародею он не желал, даже привык считать приятелем, особенно в последнее время. А Иволгу и подавно было искренне жаль. Она-то привязалась к непутевому Полумесяцу не на шутку.
-- Вот что, лассочка, я слез не терплю, -- Мерта и не подумала скрыть брезгливость. -- Не станешь сырость разводить, так и быть, отвечу на твои вопросы. Но и тебе придется кое-что мне рассказать.
-- Поздно на вопросы отвечать! -- Иви шмыгнула носом. -- Его, может быть, уже в живых нет!..
-- Я знаю, как работают чародейские обереги, -- заявила трактирщица. -- После смерти создателя они теряют силу, а не рассыпаются в пыль. Да и проверить, жив ли твой... хм... хозяин, проще простого. Пошли, -- она двинулась вверх по лестнице, поманив за собой парня и девушку.
Гости ждали в коридорчике, пока Мерта заходила в одну из комнат. Появилась она с серебряным кубком, который протянула Иволге.
-- Вот, убедись. Пригуби. Теплое?
-- Да, почти горячее, -- девушка осторожно коснулась губами темной жидкости, которая оказалась густым сладким вином, и непонимающе взглянула на Мерту.
-- Серп зачаровал для меня этот кубок. Все, что в него налито, становится теплым и остается таким. Дальше объяснять или сообразила?
-- Сообразила, -- с облегчением выдохнула Иви, осторожно, чтобы не расплескать, протягивая женщине волшебную вещицу.
-- Выпей-ка все до дна, -- распорядилась Мерта. -- Не такая ты боевая, как хочешь казаться.
Девушка неуверенно взглянула на Кайта, тот кивнул, мол, пей, не бойся. Трактирщица терпеливо ждала, пока гостья маленькими осторожными глотками осушает кубок, потом забрала его и распахнула ближайшую дверь.
-- Что ж, давайте, побеседуем. Палач, и из Мелги убравшись, не устает подкидывать загадки. А я до них всегда была охоча.
Эта комната тоже оказалась невелика, как и "шкатулочка" с серебряной утварью. Стены покрывали резные панели темного дерева, а из мебели имелись пара топчанов, столик и большое кресло, повернутое к камину спинкой. Источником света служил висящий под потолком чародейский светильник, который вспыхнул, стоило двери открыться.
Кайт уверенно направился к одному из топчанов, уселся. Видно, ему уже приходилось тут бывать. Иволга устроилась рядом с парнем. Она побаивалась, что опьянеет от выпитого, но вино только согрело и успокоило, голова оставалась ясной, даже более ясной, чем совсем недавно, внизу у лестницы и потом, в маленьком коридорчике. Наверное, из-за того, что страх за Серпа слегка отпустил.
Мерта устроилась в кресле, поставила пустой кубок на подлокотник.
-- Как тебя зовут, лассочка?
-- Иволга. И не зови меня ни лассочкой, ни потаскушкой. Я никогда в веселом доме не работала.
-- Где ж палач ухитрился тебя подцепить? На улице?
-- Может, я в зале побуду, пока вы беседуете? -- Кайту показалось, что воздух в комнате стал накаляться. От Мерты чего и ждать -- бывшая Нетопыриха. Но Иволга-то, Иволга, милая маленькая пташка! Сверлят друг друга недобрыми взглядами, того и гляди опять сцепятся.
-- Не бойся, Крестэленыш. Раз я пустила ее в дом, да еще вином угостила, выдирать волосы и царапать личико уже не стану. А эта птичка первая не полезет. Или я ошибаюсь? -- обратилась к девушке.
-- Не ошибаешься. Ты, хозяйка, я вижу, ни с кем не любезна.
-- Светлое Солнце! Как твои-то дерзости палач сносит? Постой-ка! -- Мерта хлопнула себя по лбу и расхохоталась. -- Как же я сразу не догадалась! Зачем еще чародею служанка надобна! И с женщинами он обращаться умеет, сама однажды едва лишнего ему не выболтала. Зачем бы ему усердствовать при такой-то внешности? И шутка эта с ошейником на редкость нехорошей получается, коли наш Серпик силу из жара плоти черпает. Выходит, золотая птичка-Иволга, ты его источник!
-- Да, -- кивнула девушка, ничуть не смутившись. -- Серп будет очень недоволен, если ты станешь рассказывать об этом каждому встречному.
-- Не стану. Тайны хранить я умею, если мои на ветер не бросают, -- сердито глянула на Кайта.
-- Ну прости, Мерта, -- великан смотрел едва ли не умоляюще. -- Мне отец не говорил, что твоя прошлая служба -- дело тайное. А с Серпом вы вроде как поладили. Да и не болтлив он.