- Ищущий да обрящет, инструмент не должен простаивать без дела, - с легкой улыбкой замечаю. – Светлая память вашей матушке.
- Я хочу, чтобы ты заставил Камелию кое-что сделать, - негромко сообщает истинную причину своего появления здесь.
Конечно. Зачем еще ему было бы держать меня здесь? Позволять столь многое. Пока я остаюсь полезным, пока он не может ничего мне противопоставить — ему придется мириться с моим присутствием. Но, как только сила окажется на его стороне, меня тут же можно будет вышвырнуть без зазрения совести. Без разрешения.
Нет. Этого никогда не произойдет.
- Что же? – спрашиваю спокойно, с вежливой улыбкой, скосив взгляд на князя.
Думает, что сможет перетянуть ее на свою сторону, избавиться от меня. Моего влияния. Пусть тешит себя этими нелепыми надеждами. Ками навсегда останется в моих сетях. Навсегда.
- Убеди ее позволить мне переночевать с ней в постели этой ночью, - произносит тихо, едва дрожащим голосом.
Ему стыдно просить о подобном, но спорить с Ками он уже устал. У него не так много времени и возможностей, лимита ее доверия.
- Разве вы не обещали оставить ее в покое на время беременности? – спрашиваю отрешенно, без намека, упрека. Как можно? Чтобы простой слуга упрекал князя.
- Ты сможешь это сделать? – игнорирует мой вопрос Феликс и опускает тяжелую руку на спинку стула.
Как мило. Он интересуется моими возможностями, хотя прекрасно знает, что у меня нет права отказать ему. Любой отказ — признание бессилия — будет равносильно поражению. Тут же станет причиной, по которой от меня можно избавиться.
- Конечно, - без труда улыбаюсь и возвращаю взгляд на ноты.
Я могу заставить ее сделать что угодно. Даже прыгнуть с обрыва, даже задушить себя простыней. Он думает, что, чем больше он находится рядом с ней, тем выигрышнее становится его позиция, но это не так. Чем дольше он с ней, тем больше она думает обо мне, ждет встречи со мной.
Феликс лишь подогревает наши отношения. Как прекрасно, что он так далек от столь очевидных для меня истин.
Глава 44. Камелия
По дороге до покоев отыскать Люсьена не удается, но меня находят служанки и вынуждают готовиться ко сну. Не хочется подчиняться приказам князя, но сейчас время уже действительно позднее.
Не понимаю, куда мог запропаститься мой личный слуга? Неужели… разозлился из-за того, что я так много времени провожу с Феликсом? Из-за того, что провела с ним ночь в одной постели?
Нет, должно быть, он все не так понял! Между нами ничего не было! Соскакиваю с кровати и босиком бегу к двери, чтобы найти слугу. Но, внезапно, встречаю его прямо в проходе.
- Куда это ты собралась? – ласково улыбаясь, делает короткий шаг вперед, загоняя меня обратно в покои.
- Искать тебя, конечно! – останавливаюсь и выпрямляюсь. Мне нечего стыдиться.
- Нет нужды искать меня, теперь я всегда рядом, - быстро сокращает оставшееся расстояние и легко касается моей щеки.
- Спасибо, - стискиваю его руку и прижимаюсь к ладони. Захватившая нежность очищает от негативных эмоций, накопившихся за день. - Ты, наверное, пришел, чтобы пожелать мне спокойной ночи? – вспоминаю и перевожу взгляд на него.
- Конечно, - улыбается и коротко кланяется. Разворачиваюсь и направляюсь обратно к кровати.
Одеяло, казавшееся тяжелым и неподъемным, теперь легкое и воздушное. Без труда проскальзываю под него и выжидательно замираю.
Люсьен спокойно подходит. Его походка как всегда бесшумная и гладкая. Садится рядом, расправляя непослушные складки на простыне.
- Устала? – с заботой аккуратно подбивает подушку.
- Да, этот князь невыносим. Постоянно действует на нервы и утомляет, - немного злюсь, вспомнив о том, что он заставил меня готовить.
- Правда? – немного поднимает бровь Люсьен.
Отвожу взгляд, более детально припоминая нашу встречу. Подшучивал надо мной, снова позволял себе слишком много, но при этом был довольно милым.
- Правда, - отвечаю четко и возвращаю глаза на слугу.
- Сегодня он снова будет спать здесь? – спрашивает спокойно, немного холодно.
- Нет! Я ни за что не пущу его! Не подумай! Между нами ничего не было! – вспоминаю об истинной причине, по которой встала в кровати и отчаянно бьюсь под одеялом, желая донести правдивость своих слов и заодно возмущение поведением супруга.
- Тише-тише, - сжимает мои щеки Люсьен, вынуждая поумерить пыл. – Я знаю, - произносит твердо и серьезно.
Затем опускает пальцы, вынуждая приподнять подбородок, и резко наклоняется, впиваясь губами в мою шею. Коротко ахаю от неожиданности и закрываю глаза. Задерживаю дыхание. Все тело тут же напрягается. Подается к нему навстречу, желая захватить, поглотить и не отпускать.