Лей-Лунь улыбалась, будучи счастливой, она подбросила Лоттера, тот был с её грудями во рту, поэтому капля молока упала. Но сосал он довольно интенсивно, Лей-Лунь нравилось, затем, поцелуй с Хексом и они разошлись по своим комнатам. Лей-Лунь же, спала с Лоттером, на случай, если малыш захочет есть.
Самое безумное в этом то, что Лоттеру это стало нравиться, он почувствовал тепло тела, и любовь и заботу которых у него никогда просто не было. Однако, он понимал, что это всего лишь миг, то, кто он, это не исправит, не изменит его. Он всегда будет маньяком, желать крови, когда-то, когда он станет достаточно сильным и сможет побороть отца и мать, он их убьёт, медленно, выпивая с вином ненависти примесь любви без остатка.
Глава 3 Ад вокруг, и некуда бежать
"Выдуман я и ты, но все ли мы?".
Прошли года, или только дни, в этом Аду день идёт так долго, ощущаю себя, будто в Антарктиде, только... Только не могу понять, откуда я это всё знаю, может, это был всего лишь сон, и то, что я такое сейчас, это не важно? Да нет, с другой стороны, теперь я кот, я... Я хотел бы, чтобы всё было иначе, но так и есть, котёнок, а Лей-Лунь, мегалитических размеров кошка. Хекс, вопрос, что он такое, кошка или собака, инопланетянин, неизвестное мне лично существо. Иногда я страдаю провалами в памяти, и уже не знаю, что я за существо.
Мать входит в мою комнату, мы с ней играем, моё игривое настроение всегда со мной, но иногда, я вспоминаю, что я не я, и это не моё тело. Но оно выстроенно именно так, соединения нейронов и ментальные закладки, выставлены как под определённый разум, для какого-то определённого человека. Но я, не тот человек, и я, чёрт возьми, не хочу иметь дело с его останками, раньше бы хотел, возможно, иметь дело со всеми, но не сейчас. Что я такое, в этом Аду, уже не знаю, но отчётливо понимаю, что я, оказывается, здесь рождён.
- Смотри, это твоя любимая игрушка? - Лей-Лунь добрая, но её улыбка также отражает и брутальность дикой кошки, её размеры, действительно не маленькие, и для малыша Лоттера, сейчас, она была великаншей.
- Да, - это была не любимая игрушка Лоттера, но чтобы маму не расстраивать, он так сказал. Большой плюшевый кот, Лоттер понимал, что когда-нибудь, если всё пойдёт по задуманного для него пути, он станет таким же большим, ленивым и толстым. На самом деле, Лоттер никогда этого для себя не хотел, и он понимал, что ярость, которая, так и выхлёстывала с него, однажды, найдёт для себя подходящую лазейку.
- Может быть он хочет с тобой поиграть? - Будто играя, Лей-Лунь пыталась как-то развеселить что ли Лоттера, та микстура, что вколол ему Хекс, вовсе не замедляла Лоттеру рост, она не давала телу быстро иссохнуть и превратьться в гниль.
Будто не замечая игрушку, Лоттер подбежал к Лей-Лунь и обнял её, Лей-Лунь, честно говоря, не понимала как на это реагировать. Как реагировать на то, что он уже сформировавшаяся личность, а не ребёнок? Но с другой стороны, ребёнок был в этом теле, пока не умер через некоторое время после рождения, теперь, это тело было больше похоже на детское. И Лоттер, будучи даже уже ментально сформировавшимся, всё равно изменялся под влиянием тела, осознав это, Лей-Лунь обняла Лоттера как собственного сына.
Всё же, лучше, когда ребёнок - есть ребёнок. Взрослым его видеть не хочется.
- Ты такой маленький, такой нежный, - Лей-Лунь начала играть с его животиком, щекоча его, Лоттер же, смеялся. Его действительно не интересовали игрушки, хотя, были ментальные закладки на них, всё же, его, как личность и как ребёнка, интересовала именно Лей-Лунь, ибо представлялась ему воплощением всей женственности, которую он больше всего хотел иметь рядом с собой.
- Мама, я тебя люблю, - она замурчала, облизала ему лицо и живот, и продолжила щекотку. Своим жёстким и шершавым языком, у Лоттера, язык пока таким не был, потому, когда он её облизывал, ей щекотно не было, однако, она смеялась, любовь к детям, как же он давно этого не испытывала. Она была благодарна Хексу, как никогда.
- Я тоже тебя люблю, сынок, - закончила щекотку она, и прижалась к его лицу носом.
Однако, в Лоттере всё ещё шла внутренняя борьба, с одной стороны, он думал, что это всего лишь сон, но с другой, он понимал, что это был не сон а реальность. Частично, он, схватившись за якорь любви, который, хоть и не надёжно, но держит его за жизнь человеком. Однако, в память врезались только отдельные моменты, всё дело в душе, душа маньяка и тело ребёнка не совместимы. Чистый ребёнок, с любовью играет со своей счастливой мамой, когда грязная и уродливая душа в стороне, копит ярость, и стремится выйти наружу, чтобы погрузить в Ад этот мир.