Выбрать главу

    - Знаешь чего нам не хватает здесь, Лори? - Она посмотрела на Лоттера, ну серьёзно, сколько вообще можно сердиться, не обычном теле же, не личность, чтобы постоянно чем-то быть недовольным и отверагать своего единственно возможного партнёра здесь, в его собственной душе.

    - Чего? - Всё ещё обижено, Лори была не самым лучшим образом настроена, но Лоттер, просто взял инициативу в свои руки, и сделал бар в стиле восьмидесятых, его лучшего времени.

    Лори опустила глаза, немного поморщилась, и всё же, через каких-то пять минут молчания и музыки она посмотрела на Лоттера, и на танцующих. Лоттер же, улыбался, его внешность изменилась, теперь это был гладко выбритый и хорошо постриженный человек, с мелкими намёками на морщинки у краёв губ и возле глаз. Лори была одета в платье, что ей, весьма симпатизировало, это было самое неожиданное и именно то платье, которое она себе представляла занимаясь любовью с фантомами родителей, а точнее, занимаясь любовью с фантомом отца. А потом и с Лоттером, который, в один миг переполнил её.

    Нужно было быть наиболее женственной, эта мысль закралась в её голове, и Лори, ответила взаимностью на приглашающий жест Лоттера. Станцевать в таком баре, казалось, наверное, несбытрочной мечтой до этого, просто Лори и не знала что такое место вообще возможно представить.

    А этот, Лоттер, её поработитель, будто знал наперёд все её желания, и она шла ему на поводу. Она чувствовала, что только с ним, получит то, что граничило с бесконечным наслаждением и родительской любовью, Лоттер был сейчас её мечтой.

    Взяв её за руку, Лоттер тут же потянул к себе и взял за талию, танец был простым, как вальс с примесью танго. Переходящий в более энергичный, казалось, несколько иной танец, который вскружил её голову окончательно.

    - Кружи меня, я чувствую, словно растекаюсь в этом танце.

    - Это нормально, детка, будет лучше, если мы сольёмся воедино, а пока, слушай джаз и лёгкий блюз, это наша мелодия. Малышка.

    Ещё один круг, немного кругов вместе и энергичное па, Лоттер кружил Лори, а она, не притворяясь таяла на глазах. Но ей это бесконечно нравилосЬ, она кружилась, и весело танцевала всячески отгоняя скуку, люди вокруг, возможно фантомы, танцевали также, и вдруг они взяли её тоже в танец. Лоттер был рад, что она веселится. Завсегда, Лоттер был крайне циничен, учитывая, что он хотел с ней сделать, но эта циничность не замечалась за ним, поскольку, ему это просто было не нужно.

    Он действительно хотел веселить её, и сам веселился, подойдя к бармену, после жаркого танца, что он аж вспотел. А Лори всё веселилась, казалось, эта неутомимая душа, формально, души не могли устать, но телесная память всё же была, а дело в том, что тела созданные Хексом имели всю нервную систему, также кровиносную и любую, кроме репродуктивной, которая, в Аду была бесполезна. Приходилось заказывать новые тела, ибо иначе, размножение было невозможно, и такой человек, как Хекс был крайне важен здесь, в Аду. А важные вещи, замечаются важными людьми, потому, компания Собесбат взяла его под свою опеку.

    - Что вам налить? - Подойдя, бармен предпринял ту же модель поведения, что Лоттер так хорошо запомнил, - может, вы просто хотите отдохнуть, за добрым разговором?

    - А налей-ка мне бурбона, - бармен машинально началь действовать, но Лоттер не прекращал говорить, - хороший напиток, но лучший бурбон, только на американских островах, обожаю это всё, свобода - самое циничное слово, поскольку именно она меньше всего ценится теми, кто привык жить как обычный гражданин своей страны.

    - Лучший бурбон, сэр, - бармен налил двойной. - За счёт заведения, когда вы делитесь с нами философией, мы радуемся этому.

    - Хе, философия для простофиль, я ценю практичность в людях, - и выпил, самый ужасный напиток который он пил, но, можно сказать, самый свободный из всех, что он когда-нибудь пробовал. Странное ощущение свободы накатывало на него постоянно, когда он его пробовал, полутёмный свет этого бара так и заставлял его ещё сильнее уцепитсья за бокал, чтобы стать свободным, нужно много пить.

    - Налей-ка мне самого крепкого, хочу уцепиться за приятный вкус свободы.

    - Ох, свобода, это сладкое слово, у нас есть коньяк, если вам интерестно, вам нравится коктейли?