- Ты так прекрасен, сынок, так красив, так приятен нам, - оставив весь анал Лей-Лунь начал
восхищаться Хекс, конечно, во время секса, это самые лучшие слова, полностью показывающую
настоящую природу души и то, как повёл себя он сейчас, является действительно важным.
Два языка крутились в беспомощном Лоттере, заставляя его изливаться семенем, снова и снова, а мама ещё и слизывала, это ведь был её язык, жёсткий и черезчур влажный, такой нежный и приятный. У отца же, он был менее жёстким, но намного более влажным и оттого, проникающим, в самые отдалённые глубины. Стоя на четвереньках, Лоттер, казалось, почувствовал море ощущений которые длились, по ощущению очень долго. Будто время замедлилось и отдавало ему ощущения в ускоренном режиме, а он, не в силах выдержать, изливался семенем снова и снова. Язык, слизывающий его, пренадлежал Лей-Лунь, доставляя новое удовольствие.
- Тебе нравится, любовь моя, это наш сын, его попка поистине прекрасна а член, просто великолепен, это мы сделали его таким. Мы хорошие родители, сынок? - Едва услыхав это, в море ощущений, Лоттер даже не мог говорить, он стонал, но делал это очень чётко.
- Вы лучшие в мире, я люблю вас, - Лоттер излил последнее на сегодня семя, а далее, упал без сознания. Находясь в Нирване, или, как выразился бы Хекс, в Бездне Экстаза.
Утро... По крайней мере, так бы назвал это Лоттер, хотя, какое там утро, это чёртов полярный день, до утра поспать не выйдет. Как заснул днём, так и проснулся, и так всю жизнь, Лоттер сразу почувствовал минусы пребывания в теле, как же его ломит, после столь долгого сна, только ощущения в заднице грели его душу, вспоминая штурмующие её языки, Лоттер пустил слюну, почувствав запах мендального печенья.
- Ммм... - Лоттер издал звук наслаждения, только представив его вкус, это было одно из первых блюд которые ему удалось здесь попробовать, единственный минус, они все из песка, хотя и вкус и другие качества тоже имеются, но песок всё мешает в одну кашу.
Только вкус этого печенья ему нравился, не говоря о другом Лоттере, в душе, ему это всё же не приносило огромной радости, поскольку он всё ещё помнил вкус еды из прошлого, и даже мог поесть будучи в духовном мире. Даже создать образ ощущения, довольно приятно, когда ты всего лишь образ в чьей-то душе. Но... Быть образом, да ещё имея гораздо большую душу - крайне непрятно, это как представить, что ты всего лишь батарея для кого-то другого, энергетические вампиры вечно беспокоят только живых, так думал Лоттер, и отчасти это было правдой.
Потому, взяв коробку чипсов, именно коробку а не пачку, и картофель фри, Лоттер устроился на кровати, смотря в потолок. Мир глазами того Лоттера отличался, хотя бы тем, что он не окрашен в красный, и нет той ярости, которая присуща ему самому.
- Ох, - открыв глаза, Лоттер заметил печенюшку, и маму рядом, она сидела рядом с ним с большой миской печенюшек, и, похоже, трескала, было бы преступлением не помочь ей в этом. - М, мендальная печенька, - он взял с маминой руки одну, у неё, похоже, рот был забит ими. Лоттер вкусил её, прекрасный вкус, просто прекрасный.
Вторая досталась, конечно же, только через поцелуй в губы, жаркий и долгий, жаль, но всю первую печенюшку мамка языком забрала. И Лоттер решил взять три сразу, увидел на лице мамы улыбку, и кокетливый взгляд.
- С днём рождения, сынок, - она сказала самым благодарным тоном, на который была способна.
- Спасибо, мама, а я... Год какой?
- А, это не важно, но по моим подсчётам пятнадцатый пошёл, только ты не заморачивайся над этим, скоро забудешь считать, поверь, в Аду вечная жизнь, будет здорово.
- Уже предвкушаю, - она похлопала его по плечу и передала миску с печеньем.
- Отец скоро вернётся, только тело сменит, оно у него, сам понимаешь, уже рассыпается. Он обещал принести также подарок.
Вдруг дверь открылась, новенький, даже ничуть не развалившийся Хекс подошёл к Лоттеру и
поцеловал его в щёку. Конечно, Лоттера вдруг одолели эмоции, когда он заметил у Хекса в руках
совершенно неожиданный подарок.
- С днём рождения, сын, и да, это ещё не всё. Мы, с твоей мамой, решили посвятить тебя в реальные дела в Аду, так что, радуйся, но не зазнавайся.
Лоттер обрадовался, хотя и не сильно, ведь эти магнумы уже были у него там, а точнее, у его внутренней души. Лоттер откинул коробку с чипсами и она просто-напросто испарилась. Он
обрадывался не на шутку, увидев любимое оружие, только, он мог создать его образ, настоящее в руках он увы, подержать не мог...