Руководство корпорации готово было сражаться с самим Дьяволом за драгоценную луну. Однако почему-то полагало, что на начальном этапе будет достаточно пары тяжелых крейсеров, чтоб отбить первые, пробные атаки.
Я уже успел убедиться, какой сокрушительной силой может быть «Дракон». Однако прекрасно осознавал, что и против летающей крепости можно подобрать свой ключик. И первое, что в голову приходило — это массированный налет МЛА. Большая часть ракет, которыми в основном был вооружен линейный крейсер, имели размер сопоставимый с длинной истребителя. Вот только их маневренность не шла ни в какое сравнение. Попасть здоровенной, начиненной взрывчаткой, трубой в юркую злую машину под управлением человека, практически невозможно.
Конечно, линейный крейсер обладал и многочисленной артиллерией ближней обороны. Все-таки основной упор хакдарские кораблестроители делали на противодействие окситанской доктрине космической войны. А в федерации, напомню, главным оружием полагали боевых дронов. Однако, разница между ведомым электроникой роботом, и управляемым человеком истребителем, все же есть. И я считаю — кардинальная.
Меня же уверяли, что нет. Что электронный канонир крейсера способен справиться с сотней целей одновременно. Что даже целый флот пиратских фрегатов или эсминцев не сможет причинить серьезного вреда современному кораблю пятого поколения. Мне бы и хотелось верить, но я не мог. Потому что знал: те, кто приучен воевать с дронами, обязательно проиграют людям.
Я говорил, но меня никто слышать не хотел. Отмахивались только. «Что могут сделать эти бандиты настоящему боевому кораблю»? — спрашивали они. Так ничего не добившись от специалистов СБ Арвоесин, я переключился на своих. Потому что в бою с пиратами мы будем рядом с линейным крейсером. Потому что у нас одна судьба. Если «Дракон» будет побежден, проиграем и мы.
Данные из базы знаний по основам эскадренного боя говорили, что каждое судно всегда должно иметь в памяти навигационного компьютера точку безопасной эвакуации. И если совсем прижмет, если ни одного эмиттера щитов больше не осталось, и броня пробита, всегда останется шанс врубить форсаж на маршевых, и вывести кораблю из под огня. Понятия не имею, откуда берут координаты этого волшебного места экипажи во флотах корпораций, а вот я лично сразу по прибытию в RZ-0273 озадачил этой проблемой своих пилотов.
Выяснилось, что параметры выхода из боя уже введены в компьютер. Нужные сведения предоставлены с флагмана нашей маленькой, всего из двух кораблей, эскадры. Естественно, никому и в голову не пришло проверить — что это за место, и как далеко оно расположено от орбиты Злой луны. Пришлось проявлять бдительность мне. И каково же было наше удивление, когда простым запросом к ИскИну крейсера, выяснили, что условно безопасная точка — это позиция на обратной стороне планеты. То есть, чтоб туда попасть, нужно не просто разогнаться по прямой, а еще и обогнуть два гравитационных колодца: луну и планету.
Модель маневра умный компьютер рассчитывал минут пять. И выдал результат: время прибытия в заданные координаты от десяти до двадцати пяти минут. Минут! Когда твое судно под огнем, и ситуация меняется каждую секунду! Это что вообще⁈ Отложенная диверсия?
Естественно я поднял скандал. Затребовал проверить так же и эту пресловутую точку для «Дракона». И совсем не удивился, когда узнал, что и она настолько же «безопасна», как и наша.
Слава Богу, капитан линейного крейсера дураком не был. И сразу осознал, в какую передрягу мог бы попасть, не будь я таким недоверчивым типом. Офицера, проявившего халатность, арестовали, а нам предложили самим позаботиться о своем корабле.
На душе слегка полегчало, но предчувствие беды все еще меня не покинуло. Решив одну проблему, стал выискивать — к чему бы еще придраться. Проверил систему распознавания «свой-чужой». В суматохе космического боя, когда цели для канониров основных орудийных систем и автоматических артустановок подсвечивает компьютер, сбой в логике определения может стать фатальным. Но, на счастье, ничего криминального не обнаружил. Оба оружейных поста — и наш и с «дракона» — исправно определяли наши переделанные «Литургии», как дружественные МЛА.
Заставил техников проинспектировать и привести в соответствие с флотскими уставами аварийные ящики истребителей. А с пилотами провел несколько учебных вылетов, в которых мы все учились садить машину на луну, используя лишь один двигатель из четырех. Прикрывая строительство, нам запрещено было далеко отдаляться от орбиты планетоида. Что означало — первую атаку мы именно здесь и должны были встретить. Вероятность того, что подбитые истребители придется садить на поверхность Пахи, чтоб избежать опасности туда же упасть, была велика.