Лицо женщина на секунду просветлело, и мелькнула улыбка. Но пропала сразу же, как она вспомнила, зачем сюда пришла.
– Мне нужен врач. Наш лекарь сбежал, оставив дворец без должной защиты. Если вы умеете шить раны, то будите для меня ценнее океанского алмаза!
Мое лицо побледнело, но я взяла себя в руки. Крёстный опередил меня с ответом.
– Нет, они лишь может помочь с лечебными травяными отварами.
– Не думаю, что существует трава, способная затянуть дыру в животе принца! – громогласная женщина тут же осеклась. Не стоило ей раскрывать тайну посреди оживленного рынка незнакомым людям. Если люди узнают, что остались без принца, будет смута, восстание. Люди могут обезумить от страха или жажды легкой наживы.
Но видимо нервы ее были на пределе и беспокойство вкупе с безысходностью не оставляли ей выбора.
– Тут вы не найдёте хорошего лекаря. Не уверен, что найдёте хоть кого. Можно послать гончего в другой город.
– Человек из охраны уже уехал, но не поспеет. Принц потерял много крови, – к глазам женщины подступили слезы, но она сморгнула их. Видно было, что за принца она беспокоится как за сына, искренне, и не остановится, пока не найдет помощи или пока не лишится последних силы.
– Я могу, – слова вылетели быстрее, чем я успела обдумать последствия.
Брови женщины взлетели вверх, а глаза радостно заблестели. Взгляд крестного же не предвещал ничего хорошего, там сгустились тучи. Ещё немного и он за шиворот утащит меня обратно к лошади.
– Спасибо, девочка, старший принц отблагодарит тебя. Он щедр. И будет вечно в долгу перед тобой. Пойдём во дворец.
Женщина взяла меня за руку и потащила за собой. Она оказалась сильной, руки ее были крепкие, а хватка цепкая. Мы были одинакового с ней роста, но она более тучная, что в целом не делало ее менее подвижной. Крёстный поспешил за нами, хватая меня с другой стороны за другую руку. Он прищуренным взглядом смотрел в спину даме, оценивая ее поспешность и легкомысленность.
– Что ты творишь? В замке не безопасно! – крёстный недовольно шепнул мне на ухо чуть громче, чем следовало, совсем не заботясь о том, что женщина может нас слышать.
– Ты частый там гость. И к тому же там нужна моя помощь.
– Ты делала это раньше?
– Зашивала равны? Да.
Крёстный задумался на секунду.
- Человеческие?
- Козьи.
- Козьи? – крёстный сорвался на крик, но сразу осекся.
– Я зашивала ногу у Крапивки, когда та разодрала гвоздем. Ада тогда сильно испугалась. Если бы их коза умерла, они бы остались без молока и пропитания.
– Если он умрет, никто не обеднеет! А за смерть принца будешь отвечать ты, и они не оставят тебя жить.
– Надо осмотреть его, может, рана не так страшна. Я смогу помочь.
– Ты поможешь если не пойдешь. Страна станет свободной.
Но я знала, что поступаю правильно.
Мы зашли в замок с чёрного хода, из-за чего мне не удалось рассмотреть его парадную часть. Пройдя по чёрному подземному туннелю, попали в длинный коридор. В замке было мрачно. Женщина взяла со стены расписной канделябр со свечами, и мы направились дальше.
– Сюда.
Сквозь тени мы попали сначала в большой зал, а через железную дверь уже в комнату. Мы так спешили, что я не успела рассмотреть все детали замка. Сердце взволнованно билось, и я пыталась успокоиться, прикусывая щеку изнутри.
В нос сразу ударил медный запах крови. Крёстный побледнел, закрыл нос ладонью. Женщина строго обратилась к нему: – Ожидайте за дверью, здесь не проходной двор.
Мужчина выглядел недовольным, но не стал спорить. Упасть в обморок как впечатлительная дама и тем самым уронить свое достоинство в глазах двух женщин было страшнее, чем пропустить последние минуты жизни младшего тщеславного принца. Который всегда хорошо платил за драгоценности, но был бесполезен в этом замке.
Я задержала дыхание и шагнула вперёд. Завидев край кровати, скрытый массивным балдахинном я еле сдержала испуганный вскрик.
– Принц Даниель.
Принц был без сознания. Белая рубашка его была полностью расстегнута, обнажая грудь. Капли поты стекали по его лбу, спуская к виску. Я сделала глубокий вдох, но мне все равно не хватало воздуха. Слишком тут жарко. Несколько минут мне хватило чтобы выйти из состояния ступора, и я заставила себя говорить: