Лерка тоже смотрит ей вслед, оценивая, а затем раздражённо заявляет:
— Это и есть та самая Злая? — произносит она.
Я ничего не отвечаю, надеваю куртку и тоже направляюсь в сторону выхода. Лерка идёт следом и всё не унимается:
— Красивая, но какая-то слишком мелкая и костлявая. А что с её волосами, она бы их хоть уложила. И одежда стрёмная! Ты уверен, что ей вообще нравятся мужчины, потому что…. — она не успевает договорить.
— Замолчи, Лера! — я не на шутку злюсь, потому что у Злой красивые волнистые волосы почти до пояса, и я знаю, что под этим безразмерным балахоном, у неё отпадное упругое тело. Всё, что мне нужно, я уже успел разглядеть, когда приходил к ней в больницу. Её свободные штанишки чётко обрисовывали округлые ягодицы и стройные ножки, а тонкая ткань футболки не скрывала столь аппетитную, хоть и небольшую грудь.
«Это не то, что ты подумала!» — быстро пишу ей сообщение в мессенджере, не обращая внимания на то, что где-то рядом до сих пор семенит Лерка.
Всё вышло совсем не так, как я планировал, не специально обидел обоих девчонок, поэтому чтобы хоть как-то сгладить вину, предлагаю Лере довести её до дома. Она соглашается и даже немного успокаивается. Я не провожаю её до подъезда, и она выходит из машины, громко хлопнув дверью. По барабану! Пусть идёт!
Подъезжаю к многоэтажке, где живёт Злая, и пытаюсь по памяти определить окно её квартиры. Свет не горит, может быть, я ошибся или она ещё не вернулась домой?
Быстро поднимаюсь на нужный этаж. Что я ей скажу? Что можно сказать девушке, которая увидела тебя с другой? Тем более с бывшей.
Она открывает не сразу, но я не сдаюсь, теперь уже точно знаю, что она дома. Звоню, стучу и прошу впустить меня. Когда дверь открывается, мы оба замираем в зрительном контакте, и стоим так какое-то время. Я боюсь даже вдох сделать. Только молча смотрю в её печальные глаза и понимаю, что говорить ничего не буду! Сегодня я просто никуда её не отпущу!
14
Злая
Я замираю перед входной дверью, не решаясь повернуть ключ. Но, превозмогая страх, всё-таки открываю дверь и вижу на пороге Рому. Красивый, до сумасшествия, даже в глазах всё начинает расплываться. Он смотрит на меня пристально и серьёзно, понемногу приближаясь. Часто моргаю и отступаю назад, до тех пор, пока не упираюсь спиной в прохладную стену. Мой коридор начинает казаться таким тесным для нас двоих.
Рома часто дышит, а его грудь понимается вверх-вниз, словно он только что сошёл с беговой дорожки. Моё дыхание тоже давно сбилось, и сердце, бах-бах-бах, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди.
Когда расстояние между нами сокращается до минимума, он нежно проводит рукой по моей щеке, всё ещё не отводя от меня взгляд. Затем его пальцы скользят по моей шее, опускаясь ниже к ключице. От этих прикосновений, по всему телу рассыпаются сотни непослушных мурашек, а внизу живота разливается сладостное желание. Я отворачиваю лицо вбок, не в силах выносить его гипнотизирующий взгляд. Ещё немного и я сдамся, перестану сопротивляться своим желаниям.
Он ласково касается своими холодными губами моей раскалённой кожи. Целует шею, спускается ещё ниже, покрывая поцелуями плечи. На несколько секунд задерживается в области плеча, где приклеен пластырь. Аккуратно дотрагивается губами, боясь причинить мне боль.
Его руки хозяйничают у меня под футболкой, лаская грудь. Затем от лопатки медленно опускаются вниз, к пояснице, и в какой-то момент, мои лёгкие шортики падают на пол. Проклятье!
— Остановись, Рома! — умоляю я.
— Не могу! — шепчет он мне на ухо.
Рома продолжает ласкать моё податливое тело, как-будто даже не слышит, о чём я прошу, и явно не собирается прекращать.
Прижимается своими бёдрами вплотную к моим для того, чтобы я могла почувствовать, как сильно он возбуждён.
— А как же Лера? — спрашиваю я.
Он немного отстраняется, чтобы посмотреть мне в глаза. Берёт моё лицо своими, слегка шершавыми руками, слегка сжимая.
— Нет никакой Леры! Только ты, Злая, у меня в голове только ты! Ты здесь, там, со всех сторон… Одна только ты! — отвечает он прерывисто и впивается в меня своим страстным поцелуем. В это мгновение словно земля уходит из-под ног, и я падаю в пропасть с неистовой скоростью, обречённая разбиться.
Он поднимает меня на руки и аккуратно усаживает на комод, ни на секунду не прекращая ласкать моё тело. С такой жадностью, что я мгновенно теряю контроль. Затем он снимает мою маечку, задевая заколку, она слетает с волос, и они тут же разливаются бурными водопадами по уже обнаженной груди. Рома не торопится, как-будто хочет насладиться каждым сантиметром моей кожи.