— Лошади часом не мертвые были? — с подозрением вопросила Велена, осознавая, что все плохо. Действительно плохо. Но не настолько, насколько могло бы быть. Вот если бы их было тринадцать… Можно было бы бежать в серебряный орден! И получить ещё год срока. — Если нет, то они могли быть околдованы. И… Марья, тот человек, который волкодлака ранил, ушел в лес или в деревню? И далее, нам срочно нужно к водяному. Если что пойдет не так, вам придется бежать домой так, будто к вам сватается вся королевская гвардия!
— Лошади не отзывались, но мертвечиной от них не тянуло, — леший изобразил ветвями невнятное колыхание, видимо, означающее пожатие плечами. — Началось же все недели три назад, думаю… Тогда перестал отвечать бор, но мне туда хода нет. Там другой леший обитал, местный. А тот… человек ушел, но, боюсь, не далеко. Так что учитывайте возможного десятого.
И Велена учитывала. А также понимала, что счёт пошел. На срочную и скорую работу. Главное, как можно скорее отправить отчёты в город. И главное, чтоб клятый эльф их прочел!
— Дорогой леший, проведи нас, пожалуйста, к болоту! — попросилась Марья, прекрасно понимая, что если они пойдут пешкодралом, то доберутся до болота в лучшем случае к вечеру, а то и к ночи. Ночевать же в таких условиях, да еще и непонятно с каким врагом под боком было не лучшей идеей. Пусть рыцари геройствуют и красиво роняют головы в тину, а простая ведьма желает жить и здравствовать как можно дольше.
— От чего ж не провести? Проведу, — леший заколыхался из стороны в сторону, и под ногами у девушек появилась ровненькая светлая тропинка, ведущая куда-то в кусты. — И проведу, и подожду пока светло… А вот после заката, простите, покину вас.
— Значит, надо управиться до заката, — констатировала ведьма и решительно шагнула на волшебную тропу.
Велена шагнула следом, так, будто сзади кто мог выскочить. Следовало как можно скорее встретиться с водяным.
Если он ещё жив.
Глава 6. Смертельный забег и немного смеха
Тропинка достаточно быстро вывела их почти на другой край леса. Вильнула, огибая огромный, покрытый мхом валун, немного попетляла между валунами поменьше и вдруг оборвалась у заболоченного озерца.
— На этом пока все, — где-то в глубине леса бухнул леший. — Разбирайтесь пока светло.
Велена озадаченно осмотрелась. Тропа как тропа. Речушка, затянутая ряской, но вроде как рыба там все равно водиться должна. Скучный лесной пейзаж. Только… Силы водяного не чувствуется почти. Словно он в спячку впал.
— Что будем делать, Марья? Вы сможете и водяного позвать?
— Попробую, — пожала плечами женщина. — Но не факт, что получится. Он или очень далеко… или уже не существует. Водяного будто бы и нет.
Ведьма прошлась по берегу, легко коснулась кончиками пальцев небольшой лужицы с водой, задумчиво посмотрела на ряску. Потом, пересилив себя и отбросив тяжелые думы, вынула из сумки вторую фляжку и часть настойки выплеснула в воду.
— Приди, друг мой, поговорить очень нужно. У меня есть немного вкусностей… — пара сырых куриных яиц легла на небольшой островок травы рядом с лужицей. — Не бойся человека, человек не враг. А враг у нас другой…
Долгое время не было никакой реакции. А затем, когда Велена уже была готова начать высказывать ведьме свои соболезнования, по водице пошли круги, и появилась… маленькая девичья ладошка, а следом за ней и сама девушка по грудь. Сизая кожа, чёрные губы, волосы-водоросли, словно единые с окружающей её водой. Русалка-топлячка, подвид болотный.
— Марьюшка! Явилась! Горе у нас великое, батюшка занемог. Не отвечает, словно нет нас… — заговорила топлячка, глядя на ведьму с искренней горечью.
А Велена напряженно замерла. Закусила губу и не знала даже, как относиться к словам русалки. Похоже, захватчики решили не убивать духа, а подчинить. А раз он перестал откликаться на зов лешего, это началось ещё два дня назад…
— Да что ж такое делается-то? — всплеснула руками ведьма, чуть наклоняясь к русалке. — Леший трясется в своем углу, водяной пропал, люди пропадают, счет на десяток пошел… Может, ты чего видела или слышала, вода ведь есть и за болотом?
— То страх великий! — содрогнулась топлячка, обхватив себя за плечи тоненькими ручками. А затем дернулась, глянув на Велену, и погрузилась обратно в болото по шею, хотя та, собственно, ничего не делала. — Явился человек страшный! Темный-темный, на том краю леса деревья листву сбрасывают, страх великий по земле стелется! Все зверье с той стороны леса уходит. Сюда бежит… В болотах топнет! — речь топлячки была беспорядочна, сумбурна и едва понятна. Правда, Велена, к её сожалению, поняла многое.