— Среди тех эльфов, что живут в городах, нормальные встречаются редко. Если хочешь, могу познакомить с полуэльфом. Колоритный, весёлый… Чокнутый, правда, но в разы лучше этих городских паскудин, — слегка шало улыбнулась Велена, хлопая себя напоследок по карманам, и внезапно тоненько, по-девчоночьи хихикнула. — Две бабы, не являющиеся ни могущественными магичками, ни ещё чем-то особо жутким, идут уничтожать угнездившееся зло. Мне кажется, или это выглядит странновато?
— А злу-то какая разница? — удивленный взгляд Марьи остановился на чудившей Велене. Кажется, зелья стимулировали что-то не совсем то, что нужно было стимулировать… — А эльф нам бы не помешал любой, хоть завалящий… После сегодняшнего в лесу будет полный трындец… И нужен хоть кто-то, кумекающий в магии жизни получше моего. Жаль, мне нечем заплатить ни эльфу, ни полуэльфу, а за неприличное предложение я его сама закопаю…
— С магией жизни у нас туговато, прости. На меня некоторые травки действуют странно, но никто никогда не варил боевые стимуляторы для таких, как я! — Велена развела руками в стороны и подумала, что ни капли не удивится, если Фаригор сюда заявится со своим топором и вопросом, какого хрена здесь завелись тарак… некроманты.
— Вот для того эльф и нужен. Для магии жизни. Только… бракованный. Настоящий нормальный эльф слишком спесивый, надуется, как мышь на крупу и посмотрит на нас, как на коровью лепешку, — пробурчала ведьма, сворачивая на знакомую лесную тропинку. Еще совсем чуть-чуть и можно будет упросить лешего скостить им путь… а там, быть может, и уговорить помочь в драке. — А если припрется Фаригор… ну что ж, с меня ему бутылка, — слегка улыбнулась ведьма, умолчав красноречивое «если доживу».
Мысленно же она сделала себе галочку — записать, какие зелья выпила Велена и какой странный результат получился. По идее, человек должен был стать быстрее, сильнее и легче переносить боль. Но именно человек. Сама Марья все это пить не стала — что толку от быстроты и силы, если не умеешь ими пользоваться? Только еще больше бед можно наделать.
А на уже известной полянке их ждала сгнившая, покрытая толстым слоем плесени трава и очень злой леший…
Марья окинула взглядом погром и тихо вздохнула. Вот для этого им и был нужен эльф. Хоть косорукий черт, не способный даже косу заплести, лишь бы заклинание знал. Но увы… мечтать не вредно…
Пожухлая трава уже вряд ли восстановится. Нужно все будет выкорчевать, перекопать и потом засеять семенами трав… Деревья тоже пострадали, но меньше, только самые слабые и молодые обреченно поникли, роняя на землю серые, как будто пепельные листья.
Велена опять истерично хихикнула — да, зелье оказалось забористым, все вокруг было таким медленным и четким. Острее, чем обычно. Рядом с лешим сидела однорукая кикимора, и до воительницы только сейчас дошло, что она её даже не отблагодарила тогда за помощь…
— Кажется, он совсем опух от безнаказанности, — грустно констатировала ведьма и опустилась на корточки рядом с лешим. — Спасибо тебе, леший, что помогаешь нам…
Рука Марьи чуть коснулась встрепанных и сломанных веток. Стихия, чуждость, непонятность… и такая глухая тоска и отчаяние в огромных, нереально зеленых глазах… Женщина потупилась, не выдержав взгляда лесного хранителя. А потом достала заветную фляжку и протянула пню, будто закрепляя молчаливый ритуал приветствия. Словно говоря: «Ничего не изменилось, я все равно прихожу с угощением… Даже несмотря на буйного некроманта.»
Пенек качнулся и, приняв бутыль, осушил в два глотка.
— Девоньки… Сгноить этих гадов в землице! — проскрипел леший. Другим голосом. Не добрым старческим, как раньше, а достаточно злобным и слегка надорванным.
Велена шокировано оглядывалась по сторонам. А вдруг в том, что некроманты устроили такое бедствие, виновата именно она, когда вчера спасала ту мелкую хиврю?! Но это не помешало ей извлечь из-за ворота простенькие, но красивые бусы из речного жемчуга. Разной формы и корявые, но отблагодарить ей лесных жителей было попросту и нечем.
— Идем, дружище… как раз за этим и идем, — слабо улыбнулась Марья и ласково погладила ветки лешего. А потом склонилась над кикиморой, читая свое выученное заклинание на пробу.
Кикимора в ответ благодарно защелкала, принимая дар от Велены и довольно жмурясь от заклинания.
— Они все станут пищей для вашего леса, — тихо пообещала воительница и, не выдержав, вздохнула. — Простите меня, пожалуйста, я вчера сильно их разозлила. И они отыгрались на вас.
— Да эти уроды его громили и без тебя, деточка, — прогудел леший, поглядывая на вылеченную кикимору. На месте сгоревшей руки у той отрастала новая, только более насыщенно-зеленая, будто свежая листва после дождя. — Сожрем всех. Пойдемте, я уж чем смогу, тем подсоблю.