Как только они ушли, Ятаган обмотал мою талию веревкой и привязал к ближайшей сосне. То же самое он проделал с возмущенной до глубины души Панкратовой. Мальчишек он не тронул, видимо, охотники им вполне доверяли. Громила потуже затянул узлы и с удовлетворением посмотрел на свою работу:
— Так-то лучше! И не пытайтесь спасти свою подружку, она теперь хуже любого вампира, уж вы поверьте!
День тек лениво и неспешно. Мы с Татьяной коротали его, как собачки на привязи. Улучив момент, я обратилась к проходившему мимо Павлику:
— Послушай, по старой дружбе помоги нам бежать. Мы приведем помощь и спасем Ханову. Она ни в чем не виновата!
— Александр Владимирович считает, что ее необходимо сжечь.
— А если он решит, будто и я ведьма?
— Тогда сожжем и тебя.
После такого ответа продолжать дискуссию расхотелось. Прошло еще минут двадцать.
— Светка… — прошептали над ухом, — не оборачивайся.
Я почувствовала, как в мои пальцы вложили острый предмет, кажется, осколок стекла.
— Нас с братом называют двойной тенью Павлика в том смысле, что куда он, туда и мы. Но у меня есть собственное мнение! Попытайся спасти Жанну. Я не могу бежать, подвернул ногу еще на ферме.
Митя снова скрылся в кустах, но вскоре как ни в чем не бывало вышел на поляну и приблизился к Павлику:
— Как ты думаешь, скоро вернется Александр Владимирович?
— Не знаю, — Павлик пожал плечами. — Может, это и к лучшему. Такое зрелище надо наблюдать в темноте.
Поудобней ухватившись за осколок, я начала незаметно перерезать веревку. Вскоре путы ослабли. Оставалось только выбрать подходящий момент для бегства.
Смеркалось. Ятаган дремал, прислонившись спиной к дереву. Павлик болтал с Митей, Панкратова гадала на ромашке, сосредоточенно бормоча под нос: «Любит — не любит». Тетя Лара и Ханова, не моргая, смотрели куда-то за горизонт. Никем не замеченная, я выскользнула из веревочной западни и скрылась в кустах.
Несмотря на спешку, до Борисовки мне удалось добраться лишь после захода солнца. По деревеньке гуляла молодежь, но обращаться к ней за помощью было бесполезно. Я быстро шла вперед, пока не поравнялась с опустевшим домом тети Лары. Протяжно заскрипела калитка, и на улицу вышел высокий мужчина в черном:
— Света?!
— Кристиан! Рада тебя видеть! Как тебе удалось вырваться от тех вампиров-надсмотрщиков?
— Повезло.
— Все вампиры с фермы мертвы. Их убил Кровавый Алекс.
— Знаю. Я был там. Теперь он взялся за ведьму?
Воспользовавшись случаем, я приступила к изложению своей проблемы. Кристиан слушал внимательно, с сумрачным выражением лица.
— Оставь их, — посоветовал он наконец. — Оставь все как есть.
— Ты не понял! Кровавый Алекс хочет убить Ханову! Этот фанатик вообразил, что она ведьма, и собирается ее поджарить на костре.
— Алекс — профессионал. Если он считает, что девочка обречена, значит, так оно и есть. Охотник не убивает людей, он преследует только проклятых детей тьмы.
Кристиан пошел к выходу, давая понять, что разговор окончен. Но отделаться от меня было не так-то просто. Я видела, как он дрался, и не сомневалась — такой сильный, ловкий вампир может справиться с любыми противниками.
— Вероятно, Алекс еще не вернулся. Неужели трудно совладать с одним его подручным?
— Не знаю никого из наших, кто посмел бы в одиночку идти против людей Кровавого Алекса! И потом, я не служба спасения, не супермен, я обычный вампир!
— Ты здорово дерешься.
— Просто могу за себя постоять. Но не забывай, эти люди не одно десятилетие положили на то, чтобы научиться убивать вампиров. Сражаться с ними — верное самоубийство!
Вампир двинулся к калитке.
— Кристиан, подожди! Пусть с Жанной уже случилось нечто непоправимое, но она по-прежнему чувствует страх, боль, отчаяние. Ее сожгут живьем! Ее, девочку, сидящую за соседней партой! Когда я приду в школу и увижу это пустое место, муки совести будут преследовать меня до конца жизни. Подумай, насколько страшна такая смерть.
— Где они находятся?
— Неподалеку от священной рощи.
Миновав Борисовку, Кристиан размашистым быстрым шагом пошел в сторону леса. Я поспешила следом…
Объяснив, что следует делать, Кристиан скрылся в тени деревьев. Я подкралась к поляне и выглянула из-за кустов. Мы едва не опоздали — ведьма исчезла, а Алекс уже подносил факел к костру, на котором всхлипывала напуганная до полусмерти Ханова.