— В таком случае я вас оставляю наедине с увлекательным чтивом.
Дверь захлопнулась за его спиной. Алиса подошла и повернула ключ. Гостеприимство гостеприимством, но об осторожности забывать не стоило.
Она осторожно вытащила из-за пазухи рукопись и положила на ночной прикроватный столик. В комнате было прохладно, так что раздеваться Алиса не стала, лишь расшнуровала и стащила с усталых ног туфли, да сняла верхнюю юбку, пышную и путавшуюся в ногах.
Забравшись на кровать, она с облегчением вытянула ноги и примостилась спиной на подушках. Затем, наконец-то, взяла рукопись и придвинула канделябр так, чтобы свет падал на страницы.
Часть написанного на первой странице порядком расплылась, потому начать пришлось с той части рукописи, где буквы были отчетливыми. Почерк Мастера был четким, крупным и легко различимым.
«…Грибной Лес был уничтожен. Потрясенная до глубины души, Алиса стояла на тропинке, глядя на разбросанные ошметки грибов, мха и дерна.
— Безумие пробудилось, — сказал Белый Кролик, мусоля собственные длинные уши, — это лишь начало, Алиса. Надо спешить, не то мы опоздаем.
И он побежал по тропе, перепрыгивая через поваленные стволы грибов и деревьев. Алиса последовала за ним, подобрав юбки.
Они миновали растерзанное пространство и оказались на берегу широкой реки. Алиса едва успела схватить Кролика за уши, оттащив его от воды. Её грубость была необходимой — вода в реке имела молочный цвет и источала смертоносный жар, обжигавший даже на расстоянии. Белый Кролик с глухим стоном закрыл мордочку лапками.
— Придется идти обходным путем, — сказал он, — ты готова, Алиса?
— Да, сэр, — кивнула Алиса,— но как мы перейдем реку? Нигде не видно моста.
— Его нет, — сказал Кролик, озираясь вокруг, — увы, ни один мост не выдержит Крови Старых Богов. Её испарения размягчают любой металл, сжигают любое дерево. Потому мы пойдем окольными дорогами, через прилегающие миры.
Алиса уже ничего не понимала, но Кролик был единственным проводником, потому девушка последовала за ним без колебаний. То было очень странное путешествие, никогда Алисе не доводилось ходить подобными тропами и путями. Белый Кролик просто касался лапкой дерева, земли, либо обломка стены, и тут же в них появлялись Норы. Они бежали через самые странные миры, что доводилось видеть Алисе. В одном из них могучие города передвигались по земле, волоча за собой пойманные в сети облака и тучи. В другом мире невозможно красивые создания, похожие на людей и зверей, изваянных из драгоценных камней, вели непрекращающуюся войну. В третьем в воздушном городе, напоминавшем гигантский часовой механизм, они встретили странного громадного Шляпника, ещё более безумного, чем всегда. По счастью он не заметил путешественников, видимо, спеша по своим делам. Он опирался на трость, увенчанную металлическим чайником, и перепрыгивал с платформы на платформу с безумнейшей легкостью…»
Алиса оторвалась от чтения, пытаясь понять, что её смутило больше: слог, совершенно разнящийся со слогом Мастера, или общее ощущение тревоги и наступающего черного безумия, столь отличного от светлого и радостного сумасшествия первых двух книг. Некоторое время она молча следила за пламенем свечей, пляшущим от сквозняка, потом снова вернулась к чтению.
«… мир за миром, город за городом. В одном из них, пустовавшем, вероятно, долгое время, они не встретили никого живого. Лишь слои пыли и ржавчины на странных механизмах и скорбные останки, белевшие тут и там, среди предметов обихода и тряпья, бывшего, видимо, одеждой.
— Приготовься, Алиса, сейчас пойдем через Мир Зла, — сказал Кролик, очертив лапкой круг на железной поверхности навеки замершей машины, — держись рядом со мной, не касайся ничего, не говори и не оглядывайся.
Алиса кивнула прежде, чем шагнуть следом за маленькой фигуркой во фраке. Она ждала тьмы, разрушений и ужаса, способного поразить любое сердце. Но была изумлена, выбравшись из Норы в ярко освещенный цветущий сад. Кролик бежал со всех ног по тропинке между деревьев. Алиса поспешила следом за ним, недоумевая над его словами. Этот мир казался ей чудесным, как и синее небо в разрывах древесных крон, как огромные пурпурные и белые цветы, увивающие деревья. На миг ей страстно захотелось запечатлеть всю эту несравненную красоту в памяти. И, позабыв предупреждение Кролика, она обернулась.
Позади не было ничего кроме подернутого белесым туманом бурелома. Деревья, те, что ещё стояли, имели вид черных головешек, а по поваленным стволам скакали и прыгали, идя след в след за путниками, невыразимо отвратительные существа. Более всего они напоминали части тел людских, оторванные от общего. Что-то коснулось лодыжки, и Алиса вскрикнула, увидев карабкающуюся по платью обрубленную у запястья кисть.
— Беги! — заверещал обезумевший от ужаса Кролик. Алиса с силой отшвырнула от себя ожившую руку и бросилась бежать. Она мчалась следом за своим проводником, не помня себя от омерзения и страха, а следом, прыгая с бревна на бревно, с кочки на кочку, неслись чудовищные порождения этого мира. Белый Кролик свернул в сторону, и Алиса едва успела последовать за ним, нырнув в Нору, открытую в стволе громадного черного дерева. Короткий полет — и вот уже они лежат на опушке Леса Чудес, а над ними в небе реет огромный черный ворон…»
Описанная сцена была настолько жуткой, что Алиса осторожно придвинула к кровати столик и переставила канделябр поближе. Затем натянула на ноги одеяло, словно оно как-то могло спасти её от пережитого страха. Ей понадобилось довольно долгое время, чтобы снова решиться вернуться к чтению. И вскоре стало понятно, что подобная книга не могла бы быть напечатана по той простой причине, что немногие сердца были бы способны вынести леденящий ужас повествования.
Страна Чудес оказалась совсем не тем цветущим раем, в котором Алиса побывала ребенком. Красота, веселые странности и непонятности были лишь ширмой, за которой скрывалась истинная суть Страны Чудес — ожившего ада, откуда безумие и ужас распространялись по окрестным мирам. Лишь детская невинность была защитой для юной Алисы, но по мере взросления лишившись этой чистоты и веры в лучшее, она открыла для себя истинный облик этого кошмарного места. И с каждым шагом Алиса Лидделл, уже взрослая девушка двадцати лет, все глубже погружалась в атмосферу безысходности и отчаяния. Белый Кролик укрылся в усадьбе Бубнового Туза, родича королевского дома. Благородный Туз принял его к себе на службу, тем самым защитив от мести Королев, Красной и Белой, управлявших Страной Чудес. И Алисе пришлось продолжать путь одной. Она двинулась было к Чаепитной поляне, где раньше встречалась с троицей безумных любителей файв-о-клока, но поляна была пуста, лишь следы отчаянной битвы виднелись на ней.
Как оказалось, Безумный Шляпник был брошен в тюрьму, а с ним и его друзья, Садовая Соня и Мартовский Заяц. И все попытки Алисы Лидделл спасти сумасшедшую троицу были тщетны, Королевы лично наблюдали за жестокими пытками и казнью несчастных. Супруга, дочь и сын казненного Шляпника бежали из владений Королев и нашли приют в угодьях благородного господина, одного из четырех Валетов Страны Чудес.
Ад следовал за пришелицей из иного мира. Растения Страны Чудес превратились в смертоносные ловушки, небеса кишели чудовищами, реки струились густой сжигающей дотла Кровью Старых Богов. В этом мире невозможно было выжить, но Алиса выжила.
Каким-то чудом ей удалось вернуться в свой мир, но она привела с собой безумие Страны чудес. Чтобы запереть его обратно, необходима была помощь, и Алиса Лидделл обрела её в лице Чарльза Доджсона, автора книг о её прежних приключениях. Силой своего таланта и особых способностей он сумел записать на страницы книги освобожденное Зло и таким образом снова заключить его под стражу. На этом рукопись заканчивалась, и Алиса Аллертон хорошо знала, чем окончилась история с попыткой её уничтожения.