“– Возьми меня рукой... – очень вежливо попросил он и усмехнулся: – В этих замках как-то холодновато”.
Сидевшая у окна Улла как-то странно хрюкнула, наклонившись над кинжалами, что укладывала в ножны.
– Ну хоть ты мне объясни! – обернулась к ней возмущенная Тиль. – Почему такую чушь пишут? Ведь всем известно, что ручки у настоящих леди прохладные, постоянно мёрзнут. И обычно во всех романах их согревают кавалеры своими поцелуями. А тут какой-то странный мужчина… Или героиня с неправильными руками, слишком горячими?
Служанка, закусившая нижнюю губу, чтобы не выдать себя, к концу рассуждений юной леди всё-таки не сдержалась. На её звонкий хохот заглянула Вивека:
– Смешная история попалась? – кивнула она на книгу в руках Лантиль.
– Очень! – ответила Улла.
– Вовсе нет! – одновременно с ней воскликнула Тиль.
– Аааа… – недоуменно протянула старушка. – Ну вы читайте, читайте, а я спать пойду, поздно уже.
И Улла, собрав свой узелок с оружием тоже поспешила оставить госпожу, пока та не заставила объяснить причину бурного веселья.
“В глазах его пылал такой огонь, что она похолодела” – ещё одна спорная фраза поставила в тупик Лантиль, считавшую до сих пор себя довольно сообразительной, да и учителя её всегда хвалили.
– Нет, точно какой-то странный автор! – девушка раздраженно захлопнула книжку. – От огня у него мерзнут, а прохладные женские ручки должны как-то спасти мужчину от холода в замке. Пожалуй, это и дочитывать не стану, лучше завтра другой роман начну, а этот на потом оставлю, если время найду.
Погасив светильники, Лантиль немного поворочалась, принимая удобную позу, и вскоре провалилась в сон. Ей снились продуваемые ветрами замки, заставлявшие озябших кавалеров теснее прижиматься к возлюбленным дамам. Потом эти пары грелись у каминов, а отблески огня подсвечивали глаза мужчин, пугая холодеющих барышень. Затем пригрезились многочисленные кинжалы, летящие в мишени, сделанные из парадных портретов чьих-то предков.
В общем, дневные переживания смешались в причудливом калейдоскопе, где дамы теперь грели в руках блестящие кинжалы, а кавалеры разделывали рядом с огромным камином клыкастого кабана, не обращая внимания на кровь и другую грязь, сопровождающую эту деятельность.
В какой-то момент странная, но казавшаяся вполне мирной и не лишённой уюта, картина затуманилась, чтобы погрузить девушку в знакомый до боли сюжет. Кровь кабана стала там красными лужами рядом с дядей и Вивекой, а дамы и кавалеры превратились в группу мужчин, своим раскатистым смехом потревоживших покой парадной гостиной в доме Лантиль. Сзади послышалась тяжелая поступь, движение воздуха за спиной подсказывало, что страшный гость совсем рядом. Девушка заставила себя повернуть голову, чтобы увидеть, как к её плечу приближается закованная в латы рука. В последний момент Тиль резко отпрянула в сторону и на этот раз её плечо лишь немного оцарапал металл.
– Осссталосссь тридцать сссемь дней! Ты шшждёшь меня?
Девушка почти отпрыгнула от снова потянувшейся к ней руки… И скатилась с кровати. На шум прибежала Улла:
– Барышня, вы с детства не падали во сне. Вам опять стульчики подставлять придётся?
– Если надо будет, то и подставишь! – неожиданно резко отозвалась Тиль, поднимаясь с пола и потирая бедро. Но тут же добавила: – Прости, сон плохой приснился.
– А вот нечего про неотапливаемые замки на ночь читать! – фыркнула Улла, которая и не думала обижаться, от братьев и не такого наслушаешься, а уж во время тренировок… – Вам повезло, ваш муж в этом прекрасном доме поселится, где всегда тепло.
– Я как-то об этом не думала, а теперь… Наверное, ты права, мне повезло.
Смеющиеся разноцветные глаза служанки, её добродушное подтрунивание и знакомый с детства голос отогнали ночные страхи, а встающее солнце, проглядывавшее сквозь лежащий над лужайкой туман, обещало прекрасную погоду, располагающую к прогулкам.
Глава 8
Безоблачное утро в тот день навеяло страсть к прогулкам многим барышням. Вскоре после завтрака появилась Мори. Из её оживлённого щебета дядя Олв ухватил только заданный именно ему вопрос, отпустит ли он милую Тиль погулять в городском парке, где в эту пору собрались все приличные дамы, чтобы себя показать и на других посмотреть. Барфиниса сверх того отметила для себя упоминание каких-то новомодных цветников, устроенных главным королевским садовником на радость горожанам. А Улла поняла, что придётся наряжаться в не самое удобное платье и обязательно держаться поближе к госпоже – в такой толпе всё что угодно может случиться.
Лантиль же просто улыбалась, слушая мелодичный высокий голосок подруги, что выдёргивал её из лап надоевшего сна, оставившего едва заметную царапину на белом плече. К счастью, та была невелика, да и находилась под коротким рукавчиком, присобранным фонариком.