Собственно, именно от Мальвадуса и оказалось послание, наполненное высокопарными сетованиями на вынужденную разлуку, только разжигающую пылкие чувства. У Лантиль возникло смутное ощущение, что она читает очередной роман. Опыта сердечной переписки у девушки не было, а потому она решила, что так обычно и изъясняются влюбленные мужчины. Витиевато, запутывая аллегориями и метафорами, почти пугая гиперболами. В общем, девушка не обрадовалась, а скорее удивилась этому коротенькому письму, выведенному мелким почерком на тонкой бумаге, что была свёрнута в маленькую трубочку.
Тиль спрятала и эту записку, припомнив, в какой из книг хранится предыдущая. Она вовсе не собиралась поощрять поклонника, окончательно решив для себя, что постарается стать примерной женой и надежной спутницей будущему мужу. Но так приятно было иметь подтверждение тому, что она может вызывать яркие чувства, что в неё когда-то влюблялись. Ведь от жениха пока ничего подобного не присылали. А дальше... Дальше ему и незачем станет проявлять подобные знаки внимания. К чему? Она и так будет его женой, ни к чему и стараться.
Грустные мысли старательно отметались, Лантиль продолжила свои занятия с лери Барфинисой, пытаясь отвлечь себя. Иногда она присоединялась к тренировкам Уллы, на которую с возрастающим одобрением и восхищением поглядывала приставленная Афастусом охрана. Рука Тиль уже окрепла, и небольшой дамский кинжал всё чаще достигал цели.
На последней примерке её снова поджидала Морвениса. Пока платье невесты несли из мастерской, она успела передать привет от брата и даже ответить на мучающий Лантиль вопрос: почему Мальвадус решил, что девушке удастся поступить в Академию и сохранять инкогнито? Ведь в первом же селении её с лёгкостью рассекретили. Мори смутилась, но почти сразу призналась, что версию с учёбой брат придумал для Тиль, а на самом деле они собирались укрыть девушку у тёти в приграничье. И мужчина надеялся, что его чувства не останутся безответными, что Лантиль составит его счастье и станет любимой и любящей женой.
Оторопевшая девушка слушала подругу, пытаясь представить, к чему привел бы её побег, если бы Тиль не запуталась в поворотах. Мальв нравился ей, но и только. Ни о каких ответных чувствах и речи быть не могло. И вряд ли король простил бы подобное своеволие ей и простому лойру, дерзнувшему украсть невесту, назначенную другому. Морвениса, не получив никаких подтверждений мнимой влюбленности Лантиль, быстро распрощалась, опять оставив записку в руке подруги, и ушла, прикрыв лицо плотной вуалью.
А Тиль снова вертели на специальной подставочке, снова скрепляли лишнюю ткань на талии. За несколько дней, что слились в длинную череду нервных приготовлений к помолвке, девушка ещё похудела, окончательно потеряв милую и почти детскую припухлость щёчек. Портниха озабоченно качала головой, ушивая парадное платье:
– Ох, леди, что же с вами перед свадьбой станется, если сейчас так переживаете?
– Ну, я хотя бы жениха в лицо знать буду, – нервно усмехнулась Тиль.
– Зря переживаете, все говорят, что лойр Арвендус – красавец, каких поискать, – наметила еще пару стежков женщина.
– И всё равно он для меня незнакомец! – голос девушки чуть дрогнул.
– О, я вас уверяю, сколько бы вы не общались до свадьбы, всё равно замуж за незнакомца пойдёте.
– Как же так? – удивилась Лантиль.
– Вот мы с мужем чуть не с детства рядом жили, – портниха перевела взгляд на девушку, – да только в браке и узнали друг друга по-настоящему. Пока ухаживают – все они идеальные, а как вместе жить начинаешь… Хотя, что это я? У вас же слуги, большая часть забот на них падёт. Так что… А! Всё одно, что-нибудь неожиданное да объявится.
Тиль подумала, что только неожиданностей ей и не хватает. И так почти перестала спать, боясь снова погрузиться в знакомый кошмар, остающийся неизменным в главном. Она не хотела опять видеть смерть дядюшки и нянюшки, не хотела слышать пугающий шёпот, что методично отсчитывал дни. А после неудачной попытки сбежать от грядущей помолвки и тем самым предотвратить ужасы, что пророчили те сны, девушка и вовсе потеряла покой. Её будто загнали в ловушку, не оставив и надежды на спасение.
Глава 16
Ранним утром накануне торжества кошмар вновь прервал её сон, а жуткий шёпот, что преследовал последние пару месяцев, заставил Лантиль вздрогнуть:
– Оссстался один день!
Это окончательно выбило девушку из колеи, весь день она невпопад отвечала дяде и слугам, задумчиво смотрела в окно, за которым буйно цвели клумбы, и почти не ела. На ночь внезапно решила остаться в комнате у Вивеки. Старая нянюшка лишь обрадовалась такому соседству: