Сэм и Арси время от времени наведывались сюда; Черная Метка, как выяснилось, тоже: он уверенно провел отряд к небольшой конюшне, которая с виду казалась бедной и уединенной, но внутри была безупречно чистой. Стоящие в ней лошади были сытыми и ухоженными. Кайлана, отпустив оленя в родные леса, осмотрела лошадей, предлагаемых на продажу, и в конце концов выбрала молодого пегого конька, которого и купила, одолжив у Арси денег под грабительские проценты. Оставив лошадей в конюшне, поборники равновесия приготовились дальше идти пешком. Черная Метка никому не доверил своего огромного вороного скакуна, он сам расседлал его и завел в стойло. На глазах у пораженного старика-конюха конь губами расстегнул пряжки на той из седельных сумок, в которой рыцарь держал сладкое зерно, чтобы угощать им коня.
– Ну до чего же умная у вас животина, – сказал старик. – Не иначе, квартский боевой конек.
Черная Метка лишь рассеянно кивнул, целиком поглощенный чисткой своего любимца.
Когда, насилу утащив рыцаря от его боевого товарища, они шли через город, с наслаждением вдыхая терпкий морской воздух, Кайлана неожиданно сказала:
– Вот мы и там, где все началось. И там, где все начинается.
Робин встревожился: друидка словно прочла его мысли.
– То есть там, где «они впервые повстречались»? – спросил Арси. – Ну да! Конечно! Я так и думал. Говорят, именно здесь Герой Тамарин поймал Джаспера Дуркоума на воровстве, но потом они крепко подружились и решили искоренить Зло во всем мире. – Он покачал головой. – Болтают, что это был первый и последний раз, когда Джаспер пытался воровать. Ха! Тоже мне вор! Впрочем, на дикобратьев это похоже: у них нет ни малейшего чувства самосохранения.
Сэм осматривался. В последний раз он выполнял в Талеранде контракт, и тогда ему было не до достопримечательностей. Дело в том, что Гильдии наемных убийц в Талеранде не существовало: та, в которую входил Сэм, была единственной на все Шестиземье, хотя поговаривали, будто подобные ей есть в далеких странах вроде Шадрезара и Коно. Не было здесь и воровской гильдии: вместо нее орудовали несколько конкурирующих шаек, одна из которых решила поживиться за счет Сэма. Конфликт закончился для воров неудачно, и члены шайки долго еще потом за версту обходили всех, кто был одет в черное. Позже Сэму пришло в голову, что воры вряд ли напали бы на него, не будь их положение отчаянным. А оно явно было отчаянным, поскольку сейчас в городе не было и следа их деятельности.
Арси тоже это заметил. Здесь, как и в Мертензии, тайные знаки, оставляемые ворами на стенах и фонарных столбах, либо совсем исчезли, либо поблекли. Когда-то с их помощью шайки отмечали свои территории, выражали угрозы и предостережения в адрес конкурентов или договаривались о встрече в случае редких перемирий. Арси остановился и задумчиво провел своими короткими пальцами по одному такому знаку.
– Ну что там еще, гном? – нетерпеливо рявкнула колдунья. Она злилась с первой же минуты, как они вошли в город: атмосфера радостного ожидания действовала ей на нервы.
Арси нахмурился:
– Нечто вроде объявления «требуется молодой надежный помощник», Ви.
– Валери! – поправила колдунья, гневно сверкнув глазами, но Сэм и остальные понимали, что скорее всего так ей отныне и зваться: без амулета она не может настаивать на своем.
Кайлана, которая в принципе не любила города, тоже была встревожена. Учитывая цвет их одежд, а также наличие в отряде странного рыцаря и кентавра, отряд привлекал немало внимания. А если вспомнить, что на двоих в Двасе объявлен розыск в связи с покушением на жизнь волшебника… Наверное, им лучше держаться в тени. Так она и сказала Арси.
– Согласен, – моментально ответил тот. – И пожалуй, я знаю, где можно найти убежище и союзника. Идите за мной.
Арси быстро пошел по улице, время от времени останавливаясь у воровских знаков. Видимо, то, о чем они говорили, ему не нравилось, потому что он все больше и больше хмурился.
Потянулись рыбацкие кварталы. Сэм обратил внимание на знакомую вывеску: «Пенный Бобр». И сразу же вспомнил таверну в Бисторте, с которой все это началось. На вывеске был изображен мохнатый морской бобр, которые когда-то в изобилии водились на этом побережье: он плыл на спине среди волн, держа на груди полную кружку эля, и усы у него были покрыты пеной. Сэм показал на вывеску Арси, который только молча кивнул. Почему-то в Шестиземье тавернам часто давали такое название. Наверняка свой «Бобр» имелся и в Мертензии.
Наконец в узком переулочке Арси отыскал маленькую дверь, полускрытую рыбацкими сетями, увешанными дохлыми морскими звездами Нагретый солнцем воздух остро пах рыбой, пылью и канализацией. Арси негромко выбил по дереву замысловатую дробь, заработав при этом с десяток заноз. Секунду спустя он повторил стук – и дверь, стремительно распахнувшись, впустила их в дом.
Хозяйкой оказалась молодая женщина, одетая в пышные разноцветные юбки, словно цыганка, и темно-синюю тунику, обычную для жителей Дваса. Поверх туники на ней был туго затянут коричневый кожаный корсаж. Русые волосы, светлее даже, чем у Сэма, мягкими волнами обрамляли лицо, на котором блестели ярко-голубые глаза. Женщина радостно протянула руку Арси.
– Мистер Макрори! – воскликнула она. – Как приятно увидеть дружеское лицо – после стольких-то лет!
– Макрори? – изумленно переспросил Сэм. Арси кинул на него возмущенный взгляд:
– Абсолютно нормальная фамилия. Мой папаша – весьма респектабельный гражданин у себя на родине. Кими, этого невежду зовут Сэм, а дам – Ви… – Колдунья только выразительно завращала аметистовыми глазами, но ничего не сказала, – …и Кайлана. Рыцаря, что стоит у двери, мы зовем Черной Меткой, а имя кентавра – Робин. Приятели, это – Кими, которая была подающей большие надежды ученицей в моей гильдии, пока не сбежала сюда с каким-то шалопаем из уличной шайки. Что с ним случилось, кстати?
– Пять лет назад прирезали Акулы, – со вздохом ответила Кими. – Такое впечатление, что мир свихнулся. Шайки в одночасье растворились, а их вожаки таинственно исчезли. Конечно, все сразу же передрались, а когда дым рассеялся, оказалось, что осталась одна только я. Работать теперь, правда, не в пример легче, но я надеялась собрать новую шайку… Потому и оставила знак. Ты со своими друзьями не хочешь присоединиться? Конечно, на правах старшего… как-никак глава гильдии…
– Нет, Кими, мы здесь не за этим…
Арси осмотрелся, и его взгляд упал на кентавра. Бариганец по-прежнему не доверяет менестрелю. Пока Кими суетилась, освобождая места, чтобы усадить гостей, он поманил кентавра к себе.
– Робин, – сказал Арси, задрав голову, – сделай нам всем одолжение: посторожи снаружи, хорошо? Вот и умница, – добавил он, мягко, но решительно подталкивая кентавра к двери. Робин весил порядочно, но силой не отличался: сложением он напоминал скорее изящных и стремительных лошадей пустынь Шадрезара, чем тройских тяжеловозов. Кентавр едва успел начать протестовать, как оказался на улице, и дверь решительно захлопнулась перед самым его носом.
– Зачем это было нужно, северянин? – спросила Кайлана, когда Арси, тщательно заперев дверь, вновь повернулся к ним.
Почесав в затылке, вор ответил:
– Назови это чутьем, если хочешь. Ну что ж… Ви и Кайлана – вы объясните Кими, что нас сюда привело? По правде говоря, сам я боюсь запутаться во всех этих ключах, порталах и прочем.
Пока женщины занимались разъяснениями, Арси устроился поудобнее и раскурил трубку, набив ее из кисета, который нашел на столике. Кими сама не курила, но обожала всяческие отвлекающие трюки – и в этом смысле табак мог найти множество применений. Черная Метка остался стоять в углу, похожий на пустые латы и очень нелепый в тесной комнатенке, заваленной барахлом и пропахшей копотью, сладким перцем и плесенью. На мгновение Арси показалось, что Сэм исчез, но в следующую секунду он его увидел – как тень другого оттенка, чем остальные. Убийца рассматривал большой растрескавшийся сосуд со странным округлым дном, пристроенный на ненадежной пирамиде из ящиков.