И старушка поплыла вперед между могилок, а Тео поспешил за ней. Я едва успевала смотреть под ноги и старалась не оборачиваться, потому что со всех окрестных могилок нам смотрели вслед. Кто — то махал рукой, кто — то просто таращился. Одних было видно лучше, других — хуже. И зажмуриться нельзя было — отстань на шаг, и останешься одна с призраками. Потому что Тео видел только ведомую ему одному цель и мчался к ней.
Наконец, мы замерли у старой покосившейся оградки, на которой угадывались следы белой краски. Внутри не росло ни одно дерево, и даже трава еще не выглядывала из — под земли.
— Вот, Степан тут лежит, — махнула рукой старушка. — Знатный колдун был, век прожил. Вся силушка его тут осталась, никому не нужна. Пойду я, детки, не хочу, чтобы чужая тьма на душу легла.
И старушка исчезла, а вместе с ней все те, кто сопровождал нас по кладбищу.
— Стой здесь и не входи в ограду, что бы ты ни увидела и ни услышала, — предупредил Теодор.
— Хорошо, — язык с трудом ворочался во рту. Я сделала шаг назад, а Тео, наоборот, уверенно пошел вперед. Он замер перед едва заметным бугорком могилы и вытянул над ней руки. Сначала ничего не происходило, а затем из земляного холмика хлынула тьма. Она окружила тело Теодора плотным коконом — я видела только его ладони, по — прежнему протянутые над могилой. Зажала рот руками, чтобы не закричать от страха. А если Тео не выдержит? Если этот поток сметет его? Боже…
И вдруг тьма исчезла так же внезапно, как и появилась. Теодор зашатался, словно пьяный, вцепился в оградку. Я кинулась к нему, подставила плечо. Парень рухнул на меня всем весом. Не знаю, сколько мы так стояли прежде, чем Тео поднял голову.
— Спасибо, — осторожно отпустил меня и выпрямился. — Сложно поглощать такие силовые потоки сразу.
— И что, тебе хватит на портал? — спросила с замиранием сердца.
— Нет, конечно, — Тео покачал головой. — Это, может, лишь десятая часть силы, которая мне нужна. Понимаешь, Ника, резерв — то у меня большой, но он пуст. И в вашем мире я не могу черпать магию из пространства. Остаются такие вот… способы. Малоприятные, скажу прямо. Слишком много гнили накопилось в силе этого человека. Но что поделаешь?
— Ты до дома хоть дойдешь? — спросила я.
— Еще бы, — с улыбкой ответил Тео. — Чувствую себя лучше некуда. А ты как? Успокоилась?
Я посмотрела по сторонам. Ни одного призрака. Но не померещились они мне, правда?
— Все в порядке, — кивнула своему странному спутнику. — Хватит на сегодня приключений, да?
— Хватит, — подтвердил Тео. — Идем, Ника. Пора.
Я снова взяла его под руку, и мы двинулись к воротам. Миновали могилки Виктора и старушки — помощницы. Стало грустно, и я отвернулась. А когда кладбищенские ворота оказались позади, вздохнула с облегчением.
— Устала? — спросил Тео.
— Немного, — пожала плечами. — Для меня это все странно и страшно. Обычно мир людей не соприкасается с миром мертвых. Я и не ожидала, что здесь столько… жителей.
— Это я их позвал, — сказал Тео, — чтобы тем двоим было неповадно грабить могилы. Мертвые пришли лишь потому, что хотели. Их притянула моя сила. Поэтому бояться тебе нечего. Ты ведь не темный маг. Хотя, какая — то сила в тебе определенно есть, и было бы интересно разобраться, какая именно.
— Лучше не надо, — замахала руками. — Я — обычный человек. Точка. Знаешь, я тут подумала о твоем предложении. У Ритки был знакомый ювелир. Может, попробуем предложить ему твою монетку? Все — таки тебе нужны какие — то вещи, одежда.
— Хорошо, — согласился Теодор. — Кого только у твоей Ритки нет в друзьях.
— Парней порядочных нет, — хихикнула я. — А если и есть, они обходят Ритку десятой дорогой.
Глава 7 (2)
Мы шли, тихо переговариваясь, до самого дома. После жути и ужаса ночи на кладбище я постепенно приходила в себя. И радовало, что Теодор шел рядом со мной. Да, он — злодей. Более того, выдуманный мной злодей. Но никогда я не чувствовала себя в больше безопасности. Это как в старых фильмах: «Если ты погибнешь, то только от моей руки». Вот и я понимала, что он не даст никому другому прикоснуться даже к волосу на моей голове. И уснула быстрее, слушая, как Тео ходит по гостиной, что — то говорит обнаглевшему Музу, который признал Теодора своей любимой подушкой. Все казалось слишком правильным, словно так и должно было быть.
А утром я в который раз набирала номер Риты. Подруга выслушала сбивчивые объяснения, а потом вдруг заявила:
— Слушай, Ника, ты мне, конечно, друг, но истина… Мне продолжать? Кого ты водишь за нос? Откуда взялся твой Теодор — без страховки, без документов, с некими ювелирными изделиями? Во что ты впуталась? Он хоть не из мафии?