Разумеется, это его поведение тоже было за гранью светских приличий, так что не было ничего удивительного в том, что мисс Гринмарк выдернула руку, прижала ее к груди и тихо воскликнула:
- Вы что, граф?
Возможно, сейчас, увидев ее реакцию, Лестеру стоило бы остановиться. Но он уже не мог. Прикоснуться к ней, ощутить тепло ее тела, ее нежную кожу - было слишком много для него, чтобы рассуждать здраво и держать себя в руках. Одного прикосновения оказалось достаточно, чтобы его собственный дар и все желания, с ним связанные, вспыхнули, как столп пламени до неба. Вместе со всеми сильнейшими переживаниями, которые мисс Гринмарк у него вызывала, вместе со вспыхнувшей вдруг надеждой на нежданное счастье. Лестер хотел, чтобы эта прекрасная девушка принадлежала ему. Чтобы она была жива, здорова - и с ним. И был готов сделать для этого что угодно, на любые безумства был готов прямо сейчас. И все же, из последних сил взяв себя в руки, он попытался объясниться:
- Простите, мисс Гриинмарк! Возможно, я чересчур настойчив и тороплив... Но у нас с вами слишком мало времени! У нас его практически нет! Мне рассказали о вашей болезни...
Она продолжала прижимать руки в груди, но спросила уже без возмущения, скорее с любопытством:
- У нас с вами? Что вы имеете в виду?
Этот ее интерес вселил в Лестера надежду, что мисс Гринмарк, может быть, его выслушает. И даже прислушается! Ее нужно было спасать, срочно, прямо сейчас - Лестер ощущал это с каждым ударом ее сердца, чувствовал, как неровно биение жизни в ней, как оно трепещет и грозит погаснуть, будто маленькое робкое пламя свечи на ветру.
- У нас с вами, мисс Гринмарк... Я должен сказать вам прямо, потому что откладывать нельзя! - выпалил Лестер, не зная, что еще тут можно поделать, кроме как быть предельно откровенным. - Ваше состояние... чтобы вам могло стать лучше, вам нужен мужчина. Чем скорее, тем лучше.
Мисс Гринмарк вскочила со словами: - Да как вы можете так, граф! - после чего ощутимо ударила его ладонью по щеке и побежала к дверям зала.
«О нет!» - заполошно пронеслось в голове Лестера, и он тоже вскочил, чтобы кинуться следом за ней.
- Стойте, мисс Гринмарк! Дайте мне объяснить! - воскликнул он и бросился догонять.
«Идиот, болван! Ничего не можешь объяснить как следует! И с девицами разговаривать не умеешь!» - ругал он себя на ходу, но в этот поток самоуничижения неожиданно ворвался скрипучий голос:
- Граф, вот вы где, а я вас как раз ищу!
Лестер резко обернулся, и увидел мистера Татвика, единственного своего соседа, с которым был знаком. Переехав сюда, Лестер сказался больным, и это позволило ему ни с кем не знакомиться, не наносить визитов и с соседями почти не общаться. Но мистер Татвик был настойчив: покуда поместье, занятое теперь Лестером, пустовало, он пользовался тайком чужими лугами для выпаса. И теперь настаивал, чтобы ему это разрешили официально.
- Какого?.. - раздраженно выпалил Лестер. Промедления, вызванного мистером Татвиком, хватило, чтобы мисс Гринмарк выбежала прочь из зала. И Лестеру хотелось попросту оттаскать соседа за дурацкие рыжие вихры, торчащие у него на голове. Но он сдержался, разумеется. - Да, мистер Татвик, что вам угодно? - спросил он настолько ровно, насколько мог сейчас.
Сосед к интонациям Лестера оказался равнодушен и немедля завел речь о своем
- Дорогой граф, я понимаю, что я несколько не вовремя, но вас так трудно найти! Давайте же уже наконец обсудим условия аренды и составим договор!
- Это вечер танцев! - практически рявкнул на него Лестер. - Здесь танцуют, а не договоры подписывают! Потом приезжайте... как-нибудь... - и, не дожидаясь ответа, снова бросился к дверям. Но тщетно: мисс Гринмарк уже нигде не было.
Лестер остановился посреди пустого коридора, горячечно пытаясь сообразить, что же ему теперь делать. Он думал, что мисс Гринмарк с ним больше и говорить не захочет. Она расценила его поведение, как крайне непристойное, и не станет слушать, что бы они ни говорил. Наверняка! И он не сможет ее убедить, раз не смог с первого раза. И предложение руки и сердца от него наверняка не примет. А даже если и примет, прислушавшись к мольбам и уговорам Лестера, все это слишком долго и слишком поздно. Ее нужно было спасать сейчас, немедля! Пока болезнь не иссушила ее окончательно. И тогда Лестеру пришла в голову безумная идея. Которая сейчас, когда он был почти в отчаянии, виделась ему единственно возможным выходом.
Приняв решение, Лестер почти сразу успокоился. Ужас нависшей катастрофы отступил, и его сменила ясная рассудительность, с которой он принялся продумывать и воплощать дальнейшие свои действия. Он пошел по коридорам поместья, поднялся по лестнице на второй этаж и оправился дальше - до тех пор, пока не услышал характерные звуки: металлическое позвякивание, плеск и шебуршание. Покуда все были внизу, горничная делала уборку. Лестер дождался, пока она выйдет из приоткрытой двери в комнату, и принялся с энтузиазмом ломиться в ближайшую запертую дверь.