Так, а что там кураторша божественная говорила? Я здесь для любви? Ха! Если доживу до момента, где Деккарда казнят, но без меня, то и задумаюсь о любви. А пока – выжить бы.
– А вы? Вы о чём мечтаете?
Присцилла прикрыла глаза, откинулась на спинку стула и улыбнулась, почти как девочка.
– О покое. Накоплю когда-нибудь на переезд к морю и буду каждое утро пить кофе на веранде и любоваться чайками! Но до этого нужно, чтобы дочка хорошо родила. А потом можно и на покой.
– У вас есть дочь?
– Да. Жду от нее весточки. Как родит – поеду с внуком знакомиться. Но ты не переживай – меня пару дней не будет… – она задумалась. – Ну ладно, возможно недельку-другую. Ты справишься тут, я уверена.
Улыбнувшись ей, я принялась за свой чай.
Так и шли мои дни. Я зашивалась в работе, осваивала новое, училась. Жила.
Пока однажды колокольчик на входной двери не сообщил о клиенте.
И в мастерскую не вошёл высокий мужчина с растрепанными светлыми волосами и самыми красивыми глазами, которые я когда-либо видела.
Дальше нас ждёт глава от лица Винсента)) Пришло время узнать, что же творилось в душе короля, когда он впервые встретил Лилиану.
Дорогие читатели, мне очень важно знать ваше мнение об истории. Оставляйте комментарии и ставьте звёздочки — я всегда с теплом читаю вашу обратную связь)
Глава 8. Винсент
Тренировка не шла с самого начала. Я выкладывался на полную, движения были отточены до привычной четкости, но именно сегодня всё шло вкривь и вкось. Обычно такие бои с гвардейцами помогали привести мысли в порядок, заставляли сосредоточиться, но сейчас всё было наоборот.
Мысли одна за другой лезли в голову, отвлекая и размывая внимание. Сегодня должен состояться прием с представителями городских гильдий. Но разве могло это выбить меня из равновесия? Вряд ли. Но странное, липкое предчувствие не отпускало.
Внутренний голос твердил: именно сегодня случится что-то, что изменит всё. Что разделит мою жизнь на до и после. Последний раз я ощущал подобное, когда потерял мать.
И, увязнув в этих мыслях, допустил очередную ошибку. Вместо того, чтобы отразить удар клинком, я выставил ладонь. В следующее мгновение меч противника рассек кожу.
Вспышка боли вернула в реальность. Горячая кровь хлынула на землю, оставляя алые капли на песке тренировочного двора.
– Ваше Величество! Простите…! – гвардеец отшатнулся, в глазах мелькнул испуг.
– Не стоит, – остановил я его извинения. – У нас же тут не детский поединок. Завтра в это же время.
Он кивнул, не смея спорить, но всё равно косился на мою окровавленную ладонь.
Я же за это совершенно не переживал – все-таки благодаря крови оборотня на мне все заживает очень быстро и через пару дней от раны не останется и следа. Даже без лечения.
А вот предчувствие напрягало…
Прием должен начаться через два часа, пора готовиться. И да, стоит перевязать руку. Было бы неловко встречать гостей, оставляя за собой следы крови.
С этими мыслями я, не утруждая себя переодеванием, направился к королевскому лекарю.
Александр после отъезда моей бывшей супруги почти всё время проводил в лечебнице. Хотя, сколько себя помню, его любимым местом была библиотека. Медицинские трактаты, старые рукописи, книги о травах – там он жил. Только читал все это теперь в своей лечебнице.
Поэтому моему удивлению не было предела, когда в лечебнице я застал совсем не Александра.
В комнате стояла девушка. Полураздетая, с большими от испуга глазами. Это она меня испугалась? Судя по платью в ее руках, она – служанка. Тогда испуг объясним.
Она была красивая. Слишком красивая.
И в тот миг во мне что-то ёкнуло. Незнакомое, но до боли настойчивое чувство. Будто глубоко внутри я наткнулся на загадку, и теперь всё во мне требовало её разгадать.
Я не понимал, почему она так со мной разговаривает, будто совершенно не осознает, кто перед ней. Это сбивало с толку, раздражало и… завораживало. Она была будто не отсюда. На нее хотелось смотреть, хотелось ее слушать. Хотелось прикоснуться.
Я заставил себя сосредоточиться на перевязке раны, стараясь не сильно разглядывать поправляющую платье девушку. Достал бинты, обработал ладонь дезинфицирующим вонючим средством. Правда бинт накладывался криво. Ввиду моей быстрой регенерации, перевязки самому себе я делал крайне редко.
Девушка заметила мои трудности и, чуть нахмурившись, шагнула ближе.
– Помочь? – тихо спросила она.
И, к моему удивлению, её забота была неожиданно приятной.
Когда она коснулась моей руки, то тело будто прошибла молния! Внутри словно что-то заворочалось, стряхнуло сон.