– Замечательно. Что мне нужно делать дальше?
– О, – спохватилась я, торопливо переворачивая страницу в блокноте. – Для начала нам нужно определиться с фасоном и тканями. А затем снять мерки.
– Тогда приступим?
Около часа мы провели над тканями, перебирая отрез за отрезом, обсуждая плотность, состав, оттенки. И, признаться, я даже не заметила, как увлеклась. То ли потому, что говорила не просто с клиентом, а с мужчиной, который точно знал, чего хотел, то ли потому, что Винсент, вопреки своему положению, умел слушать. Он действительно прислушивался и интересовался мелочами, на которые обычные заказчики никогда не обращали внимания. Я же списывала это на необходимость – королю по долгу службы приходилось иметь хотя бы поверхностное представление о любой сфере жизни, иначе какой-нибудь ушлый проситель мог обвести его вокруг пальца.
Винсент задавал вопросы, кивал, вникал. Сравнивал фактуры. Не пытался впечатлить или давить.
Но было странное ощущение, будто мужчина нарочно тянет время, лишь бы побольше поболтать о швейном деле. Почему у меня возникла такая мысль, я не могла объяснить.
Я раскладывала перед ним тонкий, но плотный лён, гладкий шёлк с мягким матовым отливом, нежную шерсть из дальнего графства.
Как и ожидалось, человеку его положения требовалась одежда только из лучших тканей. И это снова вызывало вопросы о странном выборе мастерской для такого заказа. Конечно, у нас имелись материалы кхм… «премиум-сегмента», но у крупных конкурентов выбор был куда шире.
Затем мы перешли к фурнитуре, и, наконец, настало время снять мерки.
Осознав, что сейчас мне придется быть к королю очень близко, я тихо сглотнула. И, взяв в руки измерительную ленту, заставила себя поднять глаза.
Главное – не дрожать. И не думать о том, что это король.
– Прошу, Ваше Величество, пройдемте в примерочную, – я отодвинула рукой плотную ткань, отделяющую пространство. – Нужно будет снять камзол.
Оказавшись в примерочной комнате, я поставила короля перед большим зеркалом, а сама отошла к рабочему столу за чистым листом бумаги и карандашом.
Эти несколько секунд нужны были мне, чтобы привести мысли в порядок и попытаться унять слегка трясущиеся от волнения руки.
Затем, подавив приступ тошноты, я развернулась к Его Величеству с вежливой улыбкой, которая, по моим ощущениям, слегка подрагивала.
– Вы готовы?
– Готов, – кивнул мужчина.
Я ещё раз окинула взглядом весь фронт работ. Ну что сказать… король был вопиюще, неприлично хорош собой!
Широкие плечи, поджарые руки и никаких лишних объемов. Грудь и спина выточены, как у статуи. Сложение не тяжеловесное, но плотное.
Медленно, будто приближаясь к хищнику, я обошла Винсента, оценивая фронт работ. Нужно признать, что вид со спины был не менее привлекателен, чем спереди!
«Ёшки-матрёшки, Лилиана! Хватит оценивать женатого мужика!» – ругала себя я. Помогало плохо – король был достоин того, чтобы его фигуру выточили в мраморе.
– Что-то не так? – спросил он, не поворачивая головы, почувствовав мою заминку и прерывистое дыхание.
– Нет, что вы! – быстро ответила я. – Одну секундочку, Ваше Величество. Мне нужна ступенька.
Разница в росте была ощутимой, и без подставки я точно не смогла бы корректно снять мерки плеч и груди. Я взяла деревянную табуретку, подтащила её поближе и встала.
Получилось так, что я оказалась почти на одном уровне с его глазами, и теперь смотрела прямо в этот затягивающий лазурный омут, в котором, кажется, можно было забыть не только слова, но и собственное имя.
– Вы не могли бы вытянуть руку?
Он молча повиновался.
Я закусила карандаш, чтобы освободить руки, и приступила к работе, пытаясь сконцентрироваться на цифрах измерительной ленты, а не на том, что мужчина передо мной пристально следит за каждым моим движением и странно глубоко дышит.
Сняв замеры с рук, я замерила обхват плеч и груди, длину по спине. Работала быстро, предельно сосредоточенно, стараясь касаться только там, где без этого было никак.
Король же стойко выдерживал замеры и четко исполнял мои просьбы.
И вот, настал самый опасный этап. Я медленно опустила взгляд на штанины. Для точного замера мне нужно было буквально вплотную обнять его за бедра.
Собрав остатки самообладания, я шагнула ближе.
Все это время я почти не дышала. Спина горела, щеки тоже. Он был слишком близко, слишком… настоящий.
Самый опасный замер был сделан буквально за пару секунд. Если бы в примерочную в этот момент кто-нибудь зашел, то подумал бы, что я стою в королевских объятиях.