Кроме этого, у Адинара родились два сына, тогда как жена Даркмута родила двух дочерей, которых он уже выдал замуж за наследников двух крупных кланов и теперь зятья разделяли мысли своего тестя о несправедливости и поддерживали его в заговоре против короны, но они были очень аккуратны и не болтали лишнего. Поэтому напрямую их обвинить было не в чем, но Экетт внимательно приглядывал за всеми. Вот и сейчас он ждал Динарию в глубине парка с докладом.
Динария выйдя из бальной залы, прямиком направилась в лабиринт, постояв в нём некоторое время, она, наложив на себя иллюзию невидимости, вышла из лабиринта и направилась в условленное место в парке.
- Привет, босс, - сказала Динария, практически вплотную подойдя к Экетту, тот подскочил от неожиданности.
- Леди Динария, нельзя же так пугать, - сказал Экетт.
- Не знала, что начальник тайной канцелярии так пуглив, - насмешливо сказала она.
- Просто неожиданность. Вам что-нибудь удалось узнать? – спросил Экетт.
- Совсем немного. Сегодня после обеда Даркмут встречался с герцогом Маладином. Они говорили о свадьбе его дочери Ниагон с принцем Тарием. Маладин был уверен в том, что свадьба обязательно состоится, что он примет, вместе с дочерью, все меры, чтобы это произошло. Даркмут поинтересовался, хватит ли ума Ниагон, чтобы сделать всё для того, чтобы брак состоялся. Маладин на это ответил, что ей достаточно оказаться в его комнате и горничная Ниагон тут же поднимет крик о насилии, и свадьба состоится. Маладин пытался торговаться о том, что он лично получит от этого брака, но Даркмут рявкнул на него, говоря о том, что обсуждения такого рода состоятся только после свадьбы, - доложила Динария.
- Ничего себе заявочки. Мне необходимо переговорить с Тарием. Скорее всего, сейчас их уже познакомили и принцу навязали Ниагон в спутницы. Как устроить переполох, чтобы освободить Тария от жадных рук Ниагон, я только могу ему шепнуть пару слов, а переполох не успею организовать, - засуетился Экетт.
- Милорд, его организую я, - сказала Динария.
- Тогда быстрее, нужно торопиться, - сказал Экетт и поспешил в бальную залу.
Динария поспешила к себе в комнату, чтобы переодеться и подготовиться к операции. У неё в голове уже созрел план по созданию переполоха.
Ни одна живая душа не знала, что в теле холодной, спокойной, не эмоциональной эльфийки живёт Таня Сомова, забияка, задира и непоседа с планеты Земля. Глупая смерть в метро, где её случайно толкнули прямо под прибывающий состав, перенесла её в этот мир. Что стало с эльфийкой в тело которой, она попала, выяснить не удалось, хотя Таня пыталась. На планете обитали всего четыре сущности, она была теперь эльфийкой. Ей досталась её магия, её умения, её знания, но не память. Ей помогло освоиться в новом мире то, что эльфы были немногословны, но дядя однажды сказал, что Динария сильно изменилась, на что тётя ответила тем, что девочка растёт и меняется, как внешне, так и внутренне. Проведя полтора года в поселении эльфов, она перестала быть забиякой, манеры её стали укладываться в нормы поведения эльфов, а холодное и бесстрастное выражение лица намертво приклеилось к ней. Но внутренний огонь и навыки с Земли тоже были при ней. Она много времени проводила за чтением старинных манускриптов и узнала, что человеческая особь была на этой планете, в летописях она обозначалась, как человеки, вымершие много тысяч лет назад, описание её особи заставило повеселиться. Люди описывались как самое слабое и беззащитное существо, которых в буквальном смысле этого слова сдувало от сильного ветра. И вымерли они от сильных ударов о деревья, камни и просто землю, когда был сильный ветер. А остальные горевали так сильно о умерших, что их слабые сердца разорвались от горя.
Глава 4.
Принц Тарий подошёл к трону отца, чтобы выразить своё уважение. Ему не терпелось познакомиться с красивой эльфийкой, но отец стал расспрашивать о поездке. Потом познакомил его с герцогом Маладином и его очаровательной дочерью Ниагон. Тарий мельком взглянул на девушку, да, она выглядела неплохо, но его взгляд надолго на ней не задержался. Даже для драконицы она выглядела тяжеловато, а принц любил женщин полегче. Кроме того, в ней ничего особенного не было, а улыбка, не сходящая с её губ, была словно приклеенная, и уже начинала его раздражать. Но быстро уйти у него не получилось. Отец сказал, чтобы Тарий развлёк их гостью, ведь она никого не знает, а их герцогство находится на самом дальнем рубеже королевства и Ниагон впервые приехала ко двору. На этих словах Тарий чуть не застонал. Ему сразу стало ясно, что это очередная претендентка на место его супруги. Но делать было нечего, и Тарий пригласил Ниагон на танец. К сожалению, танец был парный и медленный, у Тария заболели руки из-за того, что приходилось с силой держать её на приличном расстоянии, она же норовила улечься ему на грудь и напирала с невероятной силой. Тарий понимал, что нужно вести светскую беседу, но все силы уходили на сдерживание партнёрши, он боялся не уследить за ней, и если она добьётся своего, то неизвестно, сможет ли он оторвать её от себя, ничего при этом ей не повредив. Наконец, танец закончился и Тарий увидел своего брата. Он тут же послал брату умоляющий взгляд, и брат понял и подошёл.