Вставляю противень с коржом, ставлю стульчик на безопасном расстоянии, сажусь. Наблюдаю. Через пять минут не выдерживает Лаури. С недоумением наблюдаю, как она щупает мой лоб. Зачем?
— Лаури, я здорова! Просто слежу, чтобы не сгорело!
При моем ответе повар лишь насмешливо фыркнул, и я обиженно засопела, надувшись. Где это слышно, чтобы дочь аристократа променяла музыкальные инструменты с вышивкой на кухню?
Я не слышала… Ну почти…
Ну ладно, это я…
Неудивительно, что наши немногочисленные слуги стали шептаться, хоть родители довольно стойко отнеслись к моему новому увлечению. Благодаря этим шептаниям, я узнала, что раньше у меня был вздорный и эгоистичный характер. И все боялись спугнуть мое прилежное поведение, но к моей бурной деятельности относились с недоумением, и посмеивались, когда я покидала кухню чумазой.
Корж подходит только через полтора часа. Помимо этого противня, я вставила еще два. Места позволяли.
Не подгорели! Ну так, чуть-чуть…
Всего-то нужно обуздать детское нетерпение!
Но… это долго… Постоянно поддерживать угли с высокой температурой выматывало. Даже Док выглядел уставшим, потакая всем моим требованиям.
— А теперь мне нужен крем! — бегу в холодный подвал, где стояла небольшая кастрюля с кремом, который я приготовила на плите. К счастью, на огне его держать нужно было не так много, и не сожгла его, но снизу, конечно, поджарилось до комков…
Вернувшись, под любопытными взглядами, размазываю его по коржам, накладывая их друг на друга. Всего три коржа, а надо бы пять, но сомневаюсь, что Док настолько добр, чтобы позволить мне пользоваться плитой сегодня больше дозволенного.
— Готово!
— Это прекрасно выглядит, госпожа? Мне приказать подготовить стол к чаепитию? — Лаура с жадным интересом смотрела на крем, и я с улыбкой пододвинула ей кастрюлю.
— Нет, еще рано. Торт будет завтра. Коржи должны пропитаться кремом. Лаури, можешь попробовать, только положи свою часть на какое-нибудь блюдце или тарелку. Док… ты тоже, угощайся!
И обиженно надулась, видя с каким сомнением он смотрит на крем. Между прочим очень вкусный! Не отравится!
А жаль! А теперь нужно отнести тортик в подвал.
Покидаю кухню в приподнятом настроении.
С нетерпением жду завтрашнего чаепития!
Глава 3
Я осторожно разрезаю тортик на несколько частей и раскладываю по блюдцам. На дегустацию я позвала не только родителей, но и слуг. Их было не так много: всего лишь четыре горничные, повар, конюх и садовник. Всем хватит тортика. Пусть он был небольшим в высоту, но в диаметре вышел славным.
Лаури разливает по чашкам ароматный чай, я раздаю блюдца, и сажусь на свое место.
— Позвольте представить вам мое кулинарное творение: торт!
— О, малая, какое интересное название, — улыбнулась мама, однако, с растерянностью глядя на кусочек перед собой. — И что же это?
— Сладость, мама! Попробуйте, это очень вкусно!
Никто не пробует. Все почему-то смотрят на меня. Вот же… какие подозрительные! Да не отравлю вас! Их недоверие обижает меня, но в тоже время и смешит. Ложечкой аккуратно отламываю кусочек и отправляю в рот.
М-м-м! Вкуснятина! Как сладко!
Как мало нужно для блаженства! Всего лишь тортик!
Рецепт тортика был прост, но был таким вкусным за счет крема, пропитывающее тесто. Все собравшиеся за столом наблюдают за мной. Первым, ко всеобщему удивлению, решил рискнуть папа. Виконт, подарив мне ободряющую улыбку, сказал:
— Ну что, попробуем твое творение! — и отправляет в рот приличный кусочек. Сначала на лица подозрение, которое сменяется восторгом. — Элиана, это невероятно! Ничего вкуснее я еще не пробовал!
После слов виконта все разом приступили к дегустации. На лицах мелькают одинаковые эмоции, и в конце остается блаженство. Девушки едят медленно, наслаждаясь каждым кусочком, и с восторгом делятся впечатлениями, а мужчины, наоборот, просто быстро съедают все.
— Добавки, пожалуйста! — отец протягивает мне пустую тарелку, и я смеюсь, чувствуя радость, что мне творение было принято на «ура»! это так приятно, окрыляет.
— Еще один кусочек! — вслед за ним протянула и мама.
Слуги не решаются попросить, и я сама накладываю им остальные кусочки. Разрезала тортик так, чтобы каждому досталось по два кусочка. Ну и что, что они слуги? Каждый из них добр ко мне и родителям, знала, что мама очень дружна со своей горничной Елини, а папа не прочь поболтать с мужчинами. Почему бы и не сделать им приятное?