Уорфу не понравился мой выпад. Что ж, это интересно и навевает определенные мысли на этот счет. Я бы не удивилась, если бы он оставил мою реплику без внимания, закатил глаза и растаял за ближайшим поворотом. А вот то, что он вступил в диалог…
— Тогда обсуди это с ее парнем. У вас с ним тоже, так сказать, общие интересы. Если повезет, в какие-то дни он позволит встречать ее после занятий и провожать до комнаты.
— Круч меня не заботит. Не надо им пугать.
— Нет, конечно. Я и не пугаю. Просто тебе надо помнить, что скачок силы не передается половым путем… А еще, что Вельма не талисман, потеревшись о который ты получишь новые силы.
— Какая ты сегодня приятная… Тайрин. И если действительно хочешь знать, то Хазерхофф — не талисман, а моя персональная мотивация.
Наверное, пришла моя очередь удивленно хлопать ресницами, но я воздержалась.
— По поводу Блада… — надеюсь, Уорф не заметил, как я осеклась и замялась. — В понедельник он подойдет к Руггу и шепнет заветное «да». Можешь не благодарить.
— А я и не собирался, и от подробностей, как тебе это удалось, тоже можешь избавить…
— Всего хорошего, Уорф, — попрощалась я, не дослушав реплику до конца.
К себе в комнату я практически ворвалась. Дверь захлопнулась, и ко мне выпрыгнула Жоржетта, молча наблюдая за тем, как я быстро избавляюсь от ботинок и куртки, просто скидывая последнюю на ближайший стул.
— Ну, прости меня, — тяжело выдохнула я, стягивая узкую кофту с целомудренным вырезом и расстегивая молнию на юбке.
— Ква-ва!
— Я знаю, что не нужно было.
Глядя на фамильяра — огромную жабу, которая нетерпеливо топтала лапками пол, я ощутила себя младшеклассницей, которая прогуляла уроки и бездарно попалась на этом. Все же я свободная взрослая девушка, хоть и решившая, что одна дверь в академии открыта для нее прошлой ночью. Воспоминание о Сайфере в одних пижамных штанах меня не посещало до этого момента. Словно выйдя утром из его комнаты, я угодила в другую реальность. А, может, так и есть?
Теплые ото сна пальцы на моем запястье, он сам теплый и пахнет кондиционером для белья. Думаю, если бы на моем месте была другая, то Сайфер получил бы в свое расположение ревущую девчонку с нервно подрагивающей нижней губой. Только я не плакала. Я просто безумно устала. Боль и страх отошли на второй план. Я не хотела их чувствовать, мне было нужно что-то, или кто-то, кто вытиснит эмоции прошедшего вечера без остатка.
И в тот момент мне было абсолютно плевать, что так нельзя поступать с друзьями. В голове вертелись все намеки, которые Сайфер так тщательно разбрасывал вокруг меня. От того самого дня, как в начале учебного года он предложил прыгнуть к нему в постель за возможность остаться подружкой короля факультета, до того самого момента, как он пытался места спасти в коридоре жилого корпуса.
Первый шаг я сделала сама. Встала на цыпочки и поцеловала в уголок губ.
— Тайрин…
Скользнула руками по груди и обняла за шею, крепко прижимаясь в нецеломудренном поцелуе. В этот момент мне было все равно. Я целовала его, сонного, теплого, и он как будто не до конца понимал, что происходит.
Глава 8. Часть 5
— Тайрин, — он позвал меня осторожно, сквозь наш поцелуй и отстранился. Опьяненным шальным взглядом блуждал по моему лицу.
Сайфер виновато улыбнулся и провел рукой по волосам, взъерошив их еще больше.
— Я не буду жалеть, — шепнула я, в попытке поймать чужие губы.
— Не могу поверить, что я такое говорю, но, может, расскажешь, что случилось?
— Не спрашивай. Просто можно я останусь у тебя?
Умолять не хотелось, но все-таки я умоляла… Конечно, я уже однажды вела себя как полная дура, в попытке удержать Рика, и сейчас шла по близкому сценарию. Я уязвленная и жалкая — все как тогда, но в этот раз мне неважно, чтобы Сай остался со мной и после, мне просто нужен кто-то, а он всегда намекал, что не против.
— Ты ведь не против.
Целовал он меня жарко, подталкивая в сторону кровати. А когда я упала на нее спиной, то навис надо мной сверху. Свет вспыхнул ярче, чем должен был. Я не собиралась стесняться, бесстыдно улыбнулась, начав стягивать в себя одежду, но внезапно оказалась в плену одеяла. Сайфер буквально спеленал меня по рукам и ногам, зажав в слоях теплого кокона или лучше сказать смирительной рубашки?
— Будешь вспомнить одинокими ночами, — огрызнулась я.
— Дыхни, — он обнюхал меня, ничего так и не уловив, затем нахмурился и просто улегся рядом. Момент блестящего соблазнения был полностью упущен. В голову ударило похмелье, худшее — без предшествующего алкоголя.