А ведь будь у нас опытные метатели, то и потерь случилось бы меньше. Наши прежние умели выцеливать даже таких маневренных монстров, причем прямо в сражающейся куче, лишь изредка раня своих.
Битва окончена, и я, взяв Грейфокса под уздцы, побрела обратно. Рядом двое рыцарей тащили своего павшего. В глазах и голосе их царил мрак.
— Таких потерь давно не случалось, — тяжело дыша, прохрипел один из них.
— Но и проклятых нектраев мы погубили немало, — заметил второй.
Как же хотелось сказать ему: «Глупец! Никого ты не погубил в этой битве. Мы понесли потери, а враг — одинокий демон где-то возле червоточины — всего лишь устал, растрачивая магическую энергию».
Но я промолчала. У ребят и так настроение ни к чёрту.
— Победили, — угрюмо прохрипела Лиза, когда я добралась до неё. Выглядела она изрядно уставшей. — В смысле, отбились.
— И победим! — тут же возразила я. — Полчаса на отдых, и готовим наступление.
— Вер? — Голос Лизы не на шутку обеспокоился. — Мы стольких потеряли…
— Потому и нужно наступать, чтоб не напрасна стала эта жертва, — огрызнулась я. — Демон явно один и верно изнурен от такого натиска. Он слишком долго держал вихревых.
— А если там второй?
— Тогда мы уже увидели бы новый шквал. Они ведь знают, что потрепали нас.
— Но…
— Наступлению быть! — отрезала я.
Послышался приближающийся цокот. Всадник на изящном жеребце подскочил прямо к нам. Чистый, аккуратный, разве что не блестел, спасибо дорожной пыли.
— Княжна Вера Игнатьевна? — осведомился он.
Я кивнула.
— Гонец её величества. Вам депеша.
Он протянул мне свернутую вчетверо бумагу.
[1] Порода лошадей, известная своей мощью.
Глава 2
Я — Вера
Мы ехали в Эдинбург с Лизой и двумя кавалеристами из моего полка. По пути перечитала послание королевы столько раз, что выучила наизусть. Суть была простой — мне надлежало немедля явиться ко двору её величества королевы Александрины. Но зачем — не объяснялось.
Столь срочный приказ заставлял волноваться.
— Как думаешь? Что стряслось? — поинтересовалась я у Лизы, когда пик Эдинбургского замка отчетливо возвышался прямо по курсу. Наши лошади легким шагом цокали по мощенной «Королевской миле».
— Не знаю, но подозреваю новое назначение, — пожала она плечами. — Говорят, проблемы на севере острова.
— Забери их демоны! — возмутилась я. — Мы пять месяцев выстраивали оборону. Неужели нас просто так выдернут и закинут в новое пекло? Там придется начинать сначала: обучать людей, строить укрепления, копить ресурсы.
Грейфокс зафыркал, соглашаясь с моим возмущением.
— Я лишь предположила. — Лиза снова пожала плечами. — Может, какие-то срочные новости.
— О Фёдоре? — вырвалось из меня против воли.
Мысль о муже вызвала жуткую тоску. Захотелось направить Грейфокса не в замок, а к дому, который я арендовала в новой столице Британии — Эдинбурге.
— Может, о нём, — согласилась Лиза. В голосе соратницы угадывались сожаление и грусть.
Вскоре мы шествовали по Эдинбургскому замку, который часто назывался Королевским. Не все знали, что когда-то столица Британии находилась далеко от Шотландии. Но Англия вместе с Лондоном пала ещё задолго до моего рождения. Теперь там правили демоны.
Только простолюдины могли посчитать зал, где восседала королева, большим и величественным. По королевским меркам он весьма скромен. Мы прошли вдоль лейб-гвардейцев выстроившихся с обеих сторон по стойке смирно. Остановились в пяти метрах от трона.
Обычно вокруг её величества толпилось немало придворных. Но в этот раз только один мужчина стоял по правую руку.
Несмотря на почтенный возраст, он был высок и держал спину прямо. Редкие седые волосы пучками торчали из облысевшей головы. Из луноликого лица сверлили широкие карие глаза с множеством морщин на нижних веках. Тонкие губы боролись с улыбкой.
Я невольно усмехнулась, заметив, что наряду с богатым фраком и кружевной рубашкой на бедре старика висел меч. Такое чудачество позволял себе только один человек, и я хоть и не близко, но знала его.
— Ваше величество. — Я склонила голову перед Александриной. Затем кивнула старику. — Сэр Августин Олдридж.
Олдридж кивнул в ответ. Не в силах более сдерживаться, рот старика расплылся во всю ширь.
— Вера Игнатьевна, — голос его отнюдь не казался старческим. — С годами вы только хорошеете. Вижу, год шотландского климата пошел исключительно на пользу.