— Ещё раз, ваша светлость, — с наигранной терпеливостью проговорил Громов. — Я изыскал способ победить демонические силы.
— Ну хорошо-хорошо. — Судя по голосу, Волконская не могла поверить в заверения своего союзника. — Но чтобы хоть как-то способствовать… — Она повернула голову к Березину. — Командир, доложите его сиятельству, какие виды деморгов возникают в последнее время.
— Тени-убийцы, вихревые духи, лютые… — начал перечислять тот, но скорчивший недовольное лицо Громов оборвал его.
— Это не имеет значения. Мы готовы встретиться с кем угодно и непременно победим.
Волконская вновь недоверчиво покачала головой. Затем зафиксировала взгляд на мне.
— А она здесь зачем?
— Как это? — Громов изобразил удивление. — Забыли наш уговор?
— Уговор я помню. Но разве вы не доверяете мне? Неужели думаете, что не отдала бы?
— Я доверяю вам, ваша светлость. Но сразу же после того, как мои отряды отобьют марево, я намерен вернуться в Петербург.
Княгиня усмехнулась.
— Значит, не загляните в Смоленск, дабы отпраздновать, эм-м, победу?
— Увольте, дорогая. Мне вполне хватило ваших именин.
Я молча наблюдала за их разговором. Начала понимать, что происходит.
Громов всерьез намеревался атаковать марево и извести его вплоть до червоточины. Он собирался сделать это сейчас и сделать это слабыми силами, без данных разведки и поддержки артиллерии. Немыслимо!
— А сами вы ринетесь в бой, любезный граф? — с долей насмешливости поинтересовалась Волконская.
— В каком-то смысле. — Он пожал плечами. — Надеюсь, и вы составите компанию.
Такое предложение смутило Волконскую. На лице её читался страх перед деморгами и страх показаться трусихой.
В итоге победил разум.
— Простите, ваше сиятельство, но я должна убедиться, что вы не тронулись умом.
— Сомневаетесь, значит?
— Я хочу! — выпалила я. В голове возникла идея: в пылу сражения, да ещё и под пеленой марева можно ускользнуть. — Позвольте мне биться с деморгами!
— Хм-м… — Громов задумался.
— Вы знаете, я хороший воин.
— С этим никто не спорит, но вы, дорогая Вера Игнатьевна — пленница. А пленные не принимают участие в сражениях.
— Я готова драться в наручниках. Только дайте меч, желательно двуручный, коли уж у меня руки сцеплены.
Очевидно, разгадав мой замысел, Громов усмехнулся.
— Хорошо-хорошо, возьму вас с собой, — согласился он. — Но об оружии и не мечтайте.
— Но… Как же я буду бить деморгов?
— Никак. Вы не будете. Зато увидите, что только я, — при этом он махнул на свои скудные отряды, — способен одолеть врага. Как уже упоминал, мной найден особый путь.
— Так поделились бы им со всеми, — недовольно произнесла Волконская.
Громова эти слова не смутили.
— А фармацевты, которые изобретают чудодейственные вакцины, что делают?
— В том-то и дело. — Княгиня пожала плечами. — Они делятся лекарством со всем миром.
— Всему миру они их продают, — возразил Громов. — Продают за хорошие деньги. И я намерен поступить именно так.
— Так вам деньги нужны? — прыснула Волконская.
— Отнюдь. Я намерен продать свой метод борьбы, но не за деньги, а за величие России.
— Величие, возглавляемое вами, полагаю?
— И вами, дорогая княгиня, — льстиво заметил Громов. — Президенту конфедерации понадобится вице-президент.
Через полчаса трубачи дали команду выдвигаться. Мечники, растянувшись одной длинной шеренгой, бодро зашагали вперед. Мечи обнажили, щиты подняли.
Метров в двадцати за ними таким же растянутым рядом пошли лучники.
Они останавливались и пускали стрелы. Те со свистом улетали высокой дугой далеко вперед, к кромке марева. А лучники возобновляли движение вслед за тяжелыми мечниками, наверстывая потерянные метры.
И только после них двинулись мы с графом Громовым и моими конвоирами.
— Вам это обязательно понравится, Вера Игнатьевна.
— Мне бы понравилось, коли вы дали мне меч, боевого коня и избавили от браслетов, — возразила я.
— Уверен, в этом нет нужды. Мои воины справятся с деморгами.
— Ваша светлость! — с вызовом выпалила я. — Когда демоны создают деморгов для наступления, то делают это с большой осторожностью. Всегда оставляют сил для сотворения новых отрядов на случай контратаки.
— Не нужно объяснять мне прописные истины, дорогая княжна, — слегка обиженным тоном произнес Громов. — Как вы знаете, я не новичок.
— Но тогда должны понимать, что демон у червоточины полон сил, и он пустит самых мощных деморгов из тех, на которых способен.