— Не ври мне, Федя! Завязывай с наркотиками! А то закончишь свою жизнь, как Лёха Иванов! — Анатолий зашёл в котельную. Дверь за ним с шумом захлопнулась. От этого громкого стука Игнатьев вздрогнул и болезненно сморщился. Сплюнув себе под ноги, он поспешил за электриком.
В котельной он нашел Анатолия в операторской. Через прозрачное оргстекло Федя видел, как тот рассказывает что-то операторам, машет руками и изображает, как Федю тошнит. Маргарита Львовна, старший оператор, при этом укоризненно качала головой, а оператор Света заливалась звонким смехом, который не мог заглушить даже шум работающего оборудования.
В следующее дневное дежурство Федя с ужасом узнал, что о том неприятном инциденте узнала вся котельная. Слесаря посмеивались над Игнатьевым, спрашивая, не боится ли он тараканов. Федор на них за это не обижался.
«Вам меня не понять», — говорил Федя. Как правило, его слова сопровождались взрывами смеха. Никто не знал, что он действительно что-то видел и очень переживал по поводу случившегося.
Николай Владимирович тоже как-то странно смотрел на Федю, из чего он сделал вывод, что он уже в курсе того, что произошло с ним в прошлую ночную смену.
В следующее ночное дежурство Игнатьев не видел очертания человеческих фигур в дренажном бассейне, не видел трупов в конденсатной насосной. Ему уже стало казаться, что всё, что с ним произошло на прошлой неделе, было плодом его воображения.
Ближе к полуночи, когда Федя сидел на скамейке возле входа в котельную и курил, из котельной вышла Ирина, лаборант химической водоочистки. Ира была привлекательной блондинкой лет сорока, с большим бюстом и неохватной талией. Федя редко с ней общался, так как она никогда не заходила в слесарную мастерскую, также она не заходила в операторскую. Ирина или работала в лаборатории химической водоочистки, или крутилась у больших фильтров и редко с кем разговаривала. Федя никогда не пытался с ней заговорить, так как по его меркам Ира была непривлекательной.
— Куришь? — спросила она, присаживаясь на скамейку.
Федя вздрогнул от неожиданности и кивнул головой, выпуская в воздух струю голубоватого дыма.
— Переживаешь по поводу случившегося?
— А ты откуда знаешь?
— Вся котельная об этом говорит. Анатолий всем растрепал. Я иногда диву даюсь, какие же вы, мужики, сплетники. А ещё говорят, что женщины болтливы, — Ирина вздохнула, достала из кармана тёмно-синего рабочего халата пачку длинных дамских сигарет, выудила из пачки тонкую сигарету и закурила.
— Я действительно с детства не люблю крыс. А тут такая здоровая, кусок гнилого мяса хавает…
— Ладно, ты-то хоть мне сказки не рассказывай!
Федя удивлённо посмотрел на лаборантку, подняв брови.
— Это не сказки.
— Для них это не сказки, а для меня сказки, потому, что я знаю, что ты действительно что-то видел, и это была не крыса! Расскажи мне, что ты видел?
— Может, не стоит… — Федя не хотел ничего рассказывать лаборантке. Он боялся, что она примет его за сумасшедшего и будет смеяться.
— Хорошо, — Ира закинула ногу на ногу. Федя увидел её полные бёдра в разрезе халата и отвёл глаза. — Я обладаю экстрасенсорными способностями. Не всегда и не в таких объёмах, как хотелось бы. Моя бабка была знахаркой. Эти способности, скорее всего, передались мне от неё.
— Ты не шутишь? — Игнатьев вопросительно посмотрел на лаборантку, но, встретившись взглядом с её серьёзными глазами, понял, что она говорит правду, или думает, что говорит правду.
— Иногда я вижу свечение, исходящее от людей, иногда вижу тени, которые не видит никто другой. Иногда слышу голоса…
— Я иногда вижу тени в котельной. Нигде не вижу, а в котельной они есть. Как будто кто-то идёт, а человека нет. Иногда слышу голоса…
— Я их тоже слышу. Как они мне надоели. «Помоги мне! Помоги!» — Ирина поморщилась и стряхнула пепел с сигареты лакированным ногтем указательного пальца.
— Я тоже это слышу. А в дренажном бассейне я видел смутные очертания людей, слышал, как они ходят по воде. А когда мы с Борисом ставили хомут на трубе в сушилке, там было много пара… — Федя сделал глубокую затяжку и с шумом выдохнул дым. — Я видел людей, снующих туда-сюда. Внизу, под лестницей, стоял Борис. Они ходили около него, но он никого не видел! А я видел их, как тебя сейчас. Может, я схожу с ума?
— Ты не сходишь с ума! — лаборантка пристально посмотрела на Федю — У тебя, скорее всего, тоже есть дар, как и у меня. Никто ведь больше их не видит, а мы видим.
— Ты тоже их видишь? Этих людей?