Услышав визг Элисон, Джери отпрял от сна и окончательно пришел в себя. Он вскочил с травы и поспешил на помощь. И когда он увидел, что на ней сидит какой-то ненормальный, здоровенный и клыкастый мужик, то не сразу даже сообразил что следует делать. После недолгих раздумий, он хорошенько прицелился и со всего маху дал ему носком по морде.
Крых! – у придурка сразу же хрустнула челюсть. Но тот, будь здоров, всего лишь болтнул головой как щелкунчик, и оставив Элисон в покое, чуть привстал, и с полусогнутых накинулся теперь и на Джерри. Он точно также повалил его на землю и уже собирался вцепиться острыми клыками в шею парня, но Элисон этого сделать ему не дала: она, поднявшись, на ходу схватила палку и хорошенько, причем несколько раз, его отходила.
– Хрясь-хрясь-хрясь! – получи, ублюдок! На тебе! На! Получи! Получи! – палка врезалась в голову все сильней и сильней.
– Хрясь-хрясь-хрясь!.. Хрясь!.. Хрясь!.. Хрясь! – от адреналина, выброшенного в кровь, зрачки Элисон расширились до предела, и она вся вспотела, а ее рубаха мгновенно пропиталась потом, смешавшись с налипшей грязью.
Вампир разжал свою хватку, воротник рубахи Джерри тотчас выскользнул из его пальцев, и тело кровопийцы, заваливаясь набок, как мешок, шмякнулось на землю. Ну, и Джерри тут уже вскочил и стал хорошенечко втаптывать то, что осталось от головы прямо в землю, окончательно превращая размажженный череп в кровавое месиво, смешавшееся с пылью и грязью дороги…
Наблюдая за разгоряченным Джерри, Элисон никак не могла понять «Зачем так долго и так жестоко избивать мертвое тело?». Хотя и сама буквально минуту назад сама была похожа на разбушевавшуюся, растрепанную фурию. Но потом, когда ее сердцебиение стало ровнее, и она пришла к выводу, что так-то будет лучше. Что Джерри, на самом деле, молодец, и что он окончательно лишает поганого кровососа всякой возможности снова наброситься, – «Без головы вампир не страшен!».
Но тут она ошибалась: стоило ребятам отвернуться от трупа и зашагать в сторону байков, как незаметно для них безголовое тело, ища под собой руками опору, медленно стало подниматься с земли…
Но камера, которая по-прежнему отлично работала и запечатлевала те эпизоды, которые мимолетно проносились мимо ее объектива, лежала не так далеко, а потому это увидела только она, причем очень смазанно и нечетко. Да еще, до кучи, этому мешали и поросли мельтешащей от ветра травы…
– Что это был за мужик?! Какого на хрен черта тут вообще происходит?! – втыкая ключ в зажигание спросил Джерри у Элисон.
– Ты у меня спрашиваешь? – поправляя растрепанные волосы, недовольно ответила девушка.
– Как будто тут, кроме тебя, еще кто-то есть, – съехидничал Джерри. – Кстати, а где Джек, Пол и, мать его, Финч? Ты их видела?
– Нет! Но нужно поскорее отсюда выбираться!
– Ты права, – нежиданно и безоговорочно согласился с ней Джерри, покосившись чуть в сторону, при том заметив, что все байки стоят на месте, а по дороге, со стороны циркового шатра к ним движутся какие-то мрачные сущности в огромном количестве. – Садись! – скомандовал Джерри своей подружке.
А та, перед тем как перекинуть ногу и устроиться на задней части сидения, обернулась и увидела, что совсем недалеко – сзади них блуждающей походкой что-то плетется.
– О боже! – завопила Элисон. Джерри машинально обернулся и увидел, что тот ублюдок, которого он обезглавил минуту назад, движется прямо на них. Да еще так лихо – вприпрыжечку…
– Твою мать! Ухватись за меня и крепче держись, – крикнул Джерри и втопил по полной, да так, что байк от этого конкретным рывком сорвался с места.
– Ты это видел?! – спросила Элисон у Джерри, периодически обрачиваясь назад и поглядывая на удаляющуюся фигуру ходячего безголового трупа.
– Видел, – отозвался он.
– И что думаешь?
– Думаю, что тот чертов клоун толкает говнистое пойло!
Элисон ничего не понимала, и была в догадках, а потому, прижавшись покрепче к Джерри, чтобы не слететь с сиденья на очередной кочке, молча размышляла, хватаясь в уме за всякие нелепые и довольно мрачные мысли…