А что касается дружков Джерри, так одного-таки, причем в самом начале бойни, сожрали волки, пока эти оба валялись в траве; а другие, увидев такую сцену, позабыв обо всем на свете, свалили куда подальше через пролесок…
***
По прошествии получаса от начала нападения демонов и вампиров на ноксвильский люд, было очень много растерзанных тел, что были разодраны и растасканы по кусочкам оголодавшими волками. Однако двум маленьким девочкам – Бекки и Дорис удалось-таки избежать такой страшной участи. Увидев, что происходит кровавое пиршество, Бекки сразу же схватила за руку Дорис и затащила ее в один из вагончиков с приоткрытой дверью. И тут они, надо сказать, выбрали одну из зол. А какая из них была хуже, это ведал один только Бог. Ну, и еще, может быть, черт его, Дьявол…
Френки тут повезло больше всех остальных. Можно сказать, что он отделался легким испугом. Улучив момент, пока вампиры, демоны, волки и прочая нечисть наслаждалась пиршеством и расправлялась с самыми рьяно сопротивлявшимися и, в то же время, самыми невезучими жителями Ноксвилла, он на четвереньках выполз на дорогу и наискосок сиганул к кукурузному полю, где вскоре и затерялся в шелестящих кустах.
А минут пять спустя, на танцплощадке крики боли стали утихать. Довольная собой и своей командой (отщепенцами из легиона Тьмы) госпожа Эвламия медленно шла вслед за своими отвратительными ползущими змеями. Она подходила к каждому, кто все еще оставался жив. И добивала его, то сворачивая шею, то крепким ударом, то каким другим страшным способом, например, при помощи змей, и сразу же забирала неуспевающую отлететь на небо душу умершего, и помещала ее в магический сосуд, похожий на небольую светящуюся колбочку. Таким образом у нее вскоре скопилось не меньше двеннадцати невинных душ. Но нужна была еще одна – тринадцатая, и она должна была быть особенной…
***
На улице давно уже стемнело. Лиззи Уилсон, как и было задумано, занималась стиркой. Закинув белье в стиральную машинку, она глянула на часы: стрелки показывали 22.30.
«– Что-то долго нет моих мальчишек», – подумала она, но в то же время, взглянув через окно на давно уже опустевшую улицу, подумала, что «– Все же пусть погуляют. Когда еще им представится такая возможность в этой унылой дыре?».
Через некоторое время она вдруг почувствовала легкую усталость и решила немного передохнуть. Лиззи присела на диван и включила телевизор, и даже не заметила, как под мелодичную песню Уитни Хьюстон окунулась в сладкий дрем. Пульт от телевизора выскользнул у нее из пальцев и, переключив канал, оказался на полу.
Когда она проснулась, то телевизор вместо трансляции какой-нибудь передачи выдавал сплошные помехи. Она взглянула на часы, а на стрелках уже было 23.45. Тут же у нее и в сердце кольнуло так, будто там засела тупая игла. В беспокойстве Лиззи стала ходить по гостинной взад и вперед, переодичеки прилипая к окну и всматриваясь в ночную темень. Но ничего не происходило, – ни единой живой души не появлялось на улице.
В 23.50 заработала радиостанция. Забавный Билли вышел в эфир и, заикась, стал говорить такие страшные вещи, что от услышанного игла, та что застряла у Лиззи в серце, сразу же обратилась в леденящий тело и душу здоровенный булыж, невообразимо ширившийся с каждой секундой до размеров целого айсберга…
«– Это Билл Уортон!.. Всем ноксвильцам срочно! Не ходите на чертову вечеринку! Не ходите в этот чертов цирк! Это не артисты! Это организованная банда преступников!.. Они убивают людей!.. Срочно разыщите шерифа! Срочно вызывайте гвардию и спецназ!.. Ой! Ой-ой-ой!.. Кажется, кто-то ломится в дверь… Мне конец!», – прячась под стол, Билли задел локтем переключатель на микшере и в эфир врезалась совсем неуместная к сообщению композиция под названием «Кукарача» в исполнении веселого мексиканского квартета…
– Мальчики! – в страхе вскрикнула Лиззи и как была, то так и выскочила на улицу. Но поняв, что происходит что-то ужасное и что, верятно, помощи ждать со стороны не придется, понадеявшись только на себя и собственные силы, она вернулась в дом, вытащила ружье Тэда. Зрядив его и напихав карманы брюк запасными патронами, она поспешно направилась туда, где находилась радиостанция Забавного Билла. Сама радиостанция была недалеко, и практически каждый житель Ноксвилля знал это место. А поспешила Лиззи Уилсон к вагончику радиостанции лишь по той причине, что единственная надежда прояснить ситуацию и, уж тем более, показать место, где остановился чертов цирк, по ее мнению, мог только Забавный Билли. Довершая свой путь к радиостанции, она так никого и не встретила. Не было ни единой живой души! Все будто вымерли… Так что, как теперь выяснилось, направиться к нему – было единственным верным решением в такой ситуации…