– Страх?
– Да-да! Именно страх дает мощный заряд энергии. Но, пожалуй, и его будет недостаочно…
– Чего же ты хочешь от меня? – Денни оступил на пару шагов назад, а клоун, сделав небольшую паузу, о чем-то подумал и продолжил:
– И вот же какая интересная штука! Наш цирк существует ровно триста лет. Выступаем мы перед разной публикой. И не только перед людьми. Но раз в сто лет, как нам было завещано, в одну прекрасную ночь мы должны собрать тринадцать невинных душ. Такова, Денни, плата за наше существование и таков Его завет, – Клоун ткнул пальцем вниз. – Наш закон выживания.
– А как же Зак? Где он? Я хочу вернуться к брату!
– Понимаю, понимаю… Ну, а что тебе Зак? На твоем месте я бы больше переживал за себя.
– Но почему?
– Понимаешь ли, мой драгоценный друг, его ждет совсем незавидная участь. Как, впрочем, и тебя, и всех остальных. Но если говорить о тебе, то это, конечно, больше касается твоего бренного тела. И души. Ну скажи, какой с него прок? Зачем расти, учиться в дурацкой школе, горбатиться на нелюбимой работе, а потом еще жениться, заводить детей и, наконец, стареть? – Все это лишнее и пустое. Я же предлагаю тебе вечно сиять…
– Сиять? Но что это значит?
– Я предлагаю твоей душе новое и совершенно нестареющее тело, причем любое на выбор. Ты будешь колесить вместе с нашим цирком по этому и многим другим мирам, и сиять-сиять-сиять, приблизившись к Денни почти вплотную, клоун дурашливо заулыбался и радостно захлопал в ладоши…
– А если я не хочу?
– Ты уверен?
– Я хочу домой, – к папе и маме, к Заку! Верни меня домой!
– Фу! – улыбка мгновенно исчезла с рожицы клоуна, он насупился и лицо его сделалось довольно серьезным и даже немного сердитым. – Какой капризный ребенок! Я был о тебе лучшего мения, Денни! Но все это поправимо, – обходя Денни вокруг, клоун окинул взглядом те норы, что были в стене – напротив.
– Что ты собирашься делать?
– Я намерен осуществить предначертанное! – в руке клоуна появилась светящаяся колбочка, как та, что была у госпожи Эвламии. И он уже собирался высосать своим взглядом душу из тела Денни, но пока несколько секунд завороженно любовался этой колбочкой, Денни дал деру, шлепая по канавистой луже…
– Какой же ты глупец! – рассердился клоун, схватил себя за лицо, а в то же время и раззадорился, понимая, что мальчишка не сможет от него далеко убежать. Он спрятал колбочку и, дережируя руками, словно оркестром, начал выманывать из черных нор их жильцов. Вскоре оттуда стали выползать здоровенные мохнатые пауки, и под дирижирование со свистом танцущего в зеленой луже клоуна Банди, направились вслед за Денни…
Денни бежал без оглядки по сырой округлой земляной канаве, топая кроссовками по зеленой жиже. А следом за ним, быстро-быстро перебирая лапами, следовали мохнатые пауки. А за пауками, выползшими последними из нор, напевая песенку, радостно вышагивал клоун Банди, шлепая своими большими разноцветными башмаками по грязи. Окунаясь в жижу, они издавали чавкающие звуки... Клоун совершенно не торопился, поскольку считал, что Денни не знает одного очень важного – необходимого для спасения секрета и полностью находится в его власти.
Канава вскоре закончилась и перед Денни предстал небольшой земляной подъем. Воображаемый друг Денни, который еще ни разу его не подводил сказал ему, что нужно лезть на верх. Денни опасливо оглянулся назад, заметил, как приближаются пауки, и вскоре его пальцы вцепились в мокрую землю, смешавуюся с грязью, и он принялся карабкаться на верх. Оказавшись на небольшом приступке, он увидел, что теперь находится в достаточно сухой пещере. Недалеко, в расщелине брезжил свет. Этот свет был живой и настоящий, а потому Денни без всякой прочей мысли бросился к нему… Вскоре Денни вылез через расщелину из пещеры и оказался на другом участке мрачного леса, стоявшего в низине пролеска. Вперемежку с погибшей и обугленной пожаром растительностью из земли пробивались и маленькие росточки новых – еще неокрепших деревьев. Среди мрачного и гиблого запустения это было единственное, что здесь росло, и именно оно придало ему уверенности и внушило немного надежды на благоприятный исход. Минуя коряги, Денни вновь оглянулся и побежал дальше. А пауки шуршащим полчищем вскоре стали выползать из расщелины. И их было так много, что казалось, что это какая-то живая субстанция черной массой движется вперед, не взирая ни на какие препятствия…