Зак начал копаться в мыслях, судорожно ища ответы на целую кучу вопросов. Но первое, что он должен был сделать – это, безусловно, разыскать братишку Денни. Но как это сделать?! На этот терзающий душу вопрос у него не было никакого ответа…
Зак уже думал, что это конец, и что он больше никогда не увидит братишку Денни, и что они оба больше никогда не увидят своих родителей, – пропадут! Но тут вдруг, где-то совсем недалеко послышались знакомые голоса: это точно была Бекки и, кажется, ее подруга Дорис. Зак поднял рюкзак с земли и, короткими перебежками – от дерева к дереву, направился на их голоса…
***
– Где мы?
– Я не знаю, Дорис.
– Мне здесь не нравится. Очень мрачное место, – недовольно поморщившись, промолвила подруга Бекки. – Будь осторожна.
Бекки тем временем осторожно ступала, опасливо озираясь и заглядывая под каждый камень и куст, чтобы ненароком не наступить на какую-нибудь противную букашку, змею или прочую гадость…
– Бекки! Дорис! – из-за дерева показалось лицо Зака Уилсона.
– Закки? – удивилась Бекки, взирая на него и все еще не веря собственным глазам.
– Как вы тут оказались? – подойдя к девочкам, поинтересовался Зак.
– После того, как артисты превратились в вампиров и стали нападать на гостей, мы с Дорис спрятались в одном из вагончиков. И вот, не знаю, но вскоре как-то мы здесь очутились…
– Вампиров? – удивился Зак.
– О господи, Боже! Там, где Зак Уилсон – всегда одни неприятности. Теперь жди беды. Ясно почему у него нет столько друзей, сколько есть у меня, – отмахнувшись, недовольно промолвила Дорис.
Зак встретил ее холодным, почти рассерженым взглядом. Та сразу заткнулась и сделала вид, что занята разгядыванием маленьких букашек, ползающих под ногами…
– Там были вампиры, оборотни и всякие прочие злодеи…
– Вот так дела! – Зак покачал головой.
– Ты мне веришь?
– Верю! – твердо ответил Зак. И верил он каждому слову Бекки Хардинг, поскольку и сам считал, что все это проделки безобразного клоуна Банди и его гнусной шайки, притворившейся артистами. И правильно, город у них не большой, и кто же потом поверит росказням ноксвильских деревенщин?!
– А где Френки и Денни?
– Френки остался там. Будем надеяться, что с ним все в порядке. А Денни… Этот чертов клоун Банди… Он затащил его в подземелье, – на глазах у Зака появились слезы, и он, отвернувшись от девочек, зашагал к большому дереву. Прислонившись спиной к его шершавому стволу, он медленно опустился вниз – к земле.
Бекки подошла к нему и присела рядом.
– Этот клоун настоящий злодей. Я боюсь, что больше никогда не увижу Денни, – всхлипывая и утирая слезы, промолвил Зак. В его намокших глазах истово читалось бессилие и отчаяние…
Бекки какое-то время молча смотрела на него, а потом нежным и успокаивающим голосом сказала: – Все будет хорошо. Мы найдем Денни и отыщем дорогу домой.
Наблюдая за этой сценой, Дорис недовольно надулась и стала похожа на большую и вредную жабу. И закатив глаза, скрестила руки на груди, – терпеть она не могла, когда что-то происходило помимо ее воли, и уж точно не выносила всяких сцен с телячьими нежностями…
Думая, как бы еще приободрить Зака, Бекки посмотрела на мрачное небо, возвышавшееся над корявыми ветвями деревьев, и вдруг вспомнила про волшебные огоньки.
– Зак, огоньки!
– Что? Ты о чем? – он удивленно посмотрел на Бекки.