Топая по полу, тролль поднимал клубы пыли и полчища таких же злобных и мертвых мух, которые обычно доедали все то, что не было съедено и обглодано им. Валяясь брюшками к верху под пыльными половицами, среди костей, трухи и кусков иссохшейся человеческой кожи, они задрыгали своими мертвыми лапками. И быстро переворачиваясь со спинок на брюшко, вскакивали на них. Сбрасывая крупицы пыли со своих крылышек, они ползком проследовали за хозяином дома, а потом и поднялись на крыло…
Внешне от других нормальных мух их отличало лишь то, что двигались они неестетвенно, как бы роботизированно. И глаза их были потухшими, матовыми и совершенно не блестели, встречаясь со светом.
Рой мух тут же вылетел из дома. По какой-то причине, минуя Бекки и Зака, он начали преследовать именно Дорис, бегущую в сторону колодца. У него они застали ее врасплох, а та замахала руками, задрыгала ногами и истерически завизжала… Зак и Бекки бросились к ней на подмогу, на время забыв про тролля, который к тому времени уже спускался по лестнице…
***
Денни таки удалось оторваться от полчища мохнатых пауков. Шагая по узкой и извилистой тропинке вдоль обожженых пожаром погибших стволов деревьев, он опасливо озирался по сторонам и думал уже о том, что больше никогда не увидит своего брата, маму и папу. От такой горькой мысли его глаза мгновенно намокли и из них выкатились маленькие слезинки. Еще чуть-чуть, и он бы свалился с ног и стал бы рыдать от отчаяния. Но тут, совсем недалеко, он услышал крик вреднющей подружки Бекки. Этот противный голос ни с чем нельзя было спутать. Но, по понятным причинам, у Денни тут он вызвал особую радость… Усталось мгновенно пропала, появилась уверенность и сила. Забыв обо всем, о чем он прежде думал, пружинистым шагом, Денни направился в ту сторону, откуда исходил истошный вопль Дорис. Вскоре он обнаружил, что находится на небольшом холме, за которым стоит поляна, а на той поляне стоит старый покосившися дом с заколоченными окнами. А потом он увидел Зака и Бекки, сражающихся с мертвыми мухами. Спрыгнув с пригорка, Денни побежал прямо к ним, не обращая внимания ни на какие препятствия…
Вскоре Заку при помощи рюкзака удалось прогнать противных мух, и они, разбившись на несколько маленьких группок, разлетавшихся в разные стороны, вскоре покинули поляну. И только несколько штук продолжали досадливо кружить возле Дорис, укрываемой отважной подругой Бекки. Хоть и была Дорис противной, вредной, – просто невыносимой, но Бекки никогда и никому не дала бы ее в обиду, и уж тем более каким-то дохлым мухам. К тому времени, как мухи убрались, до них добежал и Денни. Он был так рад видеть своего брата, что несмотря на то, что тут, по всей видимости, как он сам и отметил, происходила какая-то неразбериха, он бросился с объятьями к брату. Он крепко его обнял, как будто не видел целых сто лет. Зак тоже настолько был этому рад, что тоже, несмотря на все эти страшные и странные события, по-братски крепко-крепко обнял Денни.
– Как я рад! Как же я рад! Ты жив! Ты цел! – Зак заглянул в глаза брата и потрепал его по шелковистой, послушной шевелюре.
– Как ты их нашел? Как вы здесь оказались? – задавая эти вопросы, Денни отлип от Зака.
– Но увидев, что из-за прохода трухлявого дома стала показываться ужасная, отвратная морда мертвого горного тролля, Бекки промолвила: – Упс! Все разговоры потом! Нам нужно отсюда валить, и поскорее!
Дорис, Денни и Зак посмотрели на нее и прочитали в ее глазах застывшее беспокойство. Дорис и Зак сразу вспомнили про то существо, что обитало в доме. Переведя мгновенно взгляды на особняк, они увидели, как злобное существо то на секунду высовывало морду, то снова скрывало ее в темноте: оно боялось живого света и никогда не выходило из этого дома. А если тролль и мог выходить, то случалось это крайне редко, под сопровождением хмурых туч и, само собой, в присутствии клоуна Банди.
Понимая, что нужно срочно покинуть это место, они дружно и без лишних слов выбежали на тропинку, что вела в пролесок. А чудовище тем временем недовольно рычало, злобно скалилось, беспомощно пыхтело, кряхтело, стонало, не желая упускать свою добычу. Но стоило ребятам только ступить на тропинку, как дорогу им преградили мохнатые пауки. С каждой секундой их прибывало все больше и больше, и они все сильней и сильней заполоняли все живое пространство... Ребята стали отступать, по сути возвращаясь назад – к мрачному колодцу.