Нелепо. Как будто мы уже не обсуждаем постоянное пленение и подчинение женщины.
— У тебя должна быть подопечная к церемонии маркировки. Никаких исключений.
Я делаю глубокий вдох и ищу слова, которые могли бы убедить его.
— Чувак, когда мы в последний раз обсуждали это, ты сказал, что это может быть благородной традицией. Ева идеальна. Она очень умна и целеустремленна, и ее навыки, скорее всего, будут потрачены впустую во внешнем мире. Она будет идеальным Уордом. Но она слишком молода.
Мне потребовалось четыре дня, чтобы договориться о встрече с Кендриком. Четыре напряженных дня я потратил на обучение своего нового помощника и присматривал за Евой все свободное время. У меня есть тревожное чувство, что она не в безопасности. Чем больше я смотрю на нее, тем опаснее кажется, что она ходит по открытому миру без защиты. С ней может случиться все, что угодно.
Кендрик складывает руки на столе.
— Я понимаю, что ты увлечен ею. Но правила существуют не просто так. Более зрелая женщина может подойти лучше.
— Мне никто другой не нужен! — слова вырываются прежде, чем я успеваю сдержать себя, и бровь Кендрика поднимается. С его стороны это практически вздох ужаса.
Соберись, черт возьми. Ты говоришь как подросток.
— Извини, сэр. Я хочу сказать, что она самая подходящая кандидатура, которую я нашел. Единственная проблема — ее возраст.
— И это серьезная проблема. У нас всего три требования, Габриэль. Не замужем, без детей и старше двадцати одного года. Эта церемония будет твоей третьей с момента вступления в Братство. Это твой последний шанс.
Холодок пробирает по моим костям. Мой последний шанс, самым последним из возможных. Если я не явлюсь на церемонию или явлюсь без обученного, послушного Уорда, все кончено. Джильда — частная милиция, нанятая Братством по сумасшедшей цене — выследит меня и прикончит.
Я видел, как это произошло. На первой церемонии, на которой я присутствовал, один из Уордов запаниковал и побежал к дверям. Джильда напала, вытащив своего Брата из комнаты. Больше я этого мужчину не видел.
— Ей будет двадцать один до церемонии, сэр. Ее день рождения за две недели до моего посвящения.
Бровь Кендрика поднимается на миллиметр выше. Настоящее изумление. — В таком случае, почему мы ведем этот разговор?
Я перебираю слова в голове как можно дольше, не осмеливаясь просить Кендрика объяснить, но они все равно не имеют смысла. В конце концов я стисну зубы. — Сэр?
Он хмурится еще сильнее.
— Две недели — это короткий срок, но если она того стоит, ты заставишь это сработать. Будь строгим и твердо ее тренируй. Моя собственная Алисса пришла ко мне всего за три недели до моей церемонии.
Он смотрит на фотографию в рамке на стене, когда говорит это. Гораздо более молодой Кендрик и красивая женщина улыбаются в камеру. Они выглядят как счастливая пара в медовый месяц, а не как пленник и пленница.
Неправильность всего этого обрушивается на меня сразу. Жестокий удар в живот. Я представляю, как Ева и Билли смеются вместе. Неужели я действительно собираюсь увести ее от этого? Из ее жизни?
Но затем другой образ заменяет его. Ева у моих ног, ее голова покоится на моем бедре, а глаза затуманены, опьяненные удовольствием, которое я ей подарил.
Господи, я хочу ее.
Кендрик сверлит меня взглядом. Его кабинет — неподходящее место для экзистенциального кризиса совести. Просить об отсрочке было явно пустой тратой времени, и все, что я буду делать, — это раздражать его.
— Конечно. Спасибо, сэр.
Он медленно кивает. — Какое бы решение ты ни принял, пожалуйста, принимай его быстро. Мне бы не хотелось потерять такого перспективного молодого человека, как ты. Как твой новый помощник справляется?
Я моргаю, ошеломленный сменой темы. Откуда он об этом узнал? Он действительно ведет мысленный учет таких незначительных деталей? — Пока очень хорошо. Сегодня попытка номер восемьдесят. Надеюсь увидеть позитивный прогресс.
Кендрик машет рукой, пренебрежительно. — Это ранние дни для такого смелого начинания. Не попадайся в ловушку, полагая, что Рим должен быть построен за один день. Я не сомневаюсь, что ты добьешься этого со временем.
За что я люблю Братство.
Остальная часть дня проходит в размытии, пока я готовлюсь к эксперименту восемьдесят. Сегодня суббота, но здесь такие вещи не имеют значения. Работа происходит, когда это необходимо. Мой новый помощник Уолли немного нервничает, но сохраняет сосредоточенность, пока мы трижды проверяем все наши приготовления. Затем проверяем их снова. И снова.