Ирина трагично замолчала, и я наконец-то смогла задать интересующий меня вопрос:
– И за столько лет в доме никто даже не появлялся? Если не считать тот джип…
– Нет. Точно, нет. Это бы кто-нибудь, да заметил.
– И никто не пытался узнать хоть что-то?
– Мой муж много лет назад хотел купить тот дом, подарить внучке на свадьбу, но не сложилось. Насколько я помню, он ничего не смог выяснить. Пришлось присмотреть участок в другом месте, в «Изумрудном Лесу» сейчас почти невозможно что-то купить, только за космические деньги. Но оно и к лучшему – дом не самый счастливый.
– Возможно, стоило попытаться найти хозяина по номеру джипа, – заметила я. – Его никто не запомнил? Может, хотя бы марку…
– Это был Фольксваген Туарег. На номер, к сожалению, никто внимания не обратил. А Туарег – машина популярная, сама понимаешь.
Вопросов у меня больше не было. Точнее, их оставалось еще сколько угодно, но вряд ли Ирина знает на них ответы, ее и мои расспросы про машину порядком насторожили. Как истории чужих семей вспоминать – так пожалуйста, а как что-то действительно стоящее, так сразу подозрения появились. Я поднялась, намереваясь откланяться.
– Спасибо за то, что уделили мне время.
– Да брось, – отмахнулась Ирина, натягивая улыбку. Наш разговор ее порядком расстроил, после пробежки она улыбалась гораздо охотнее. – Знаешь, а ведь мой внук раньше немного общался со Славой, очень она ему нравилась. Запиши его номер, если хочешь, он сможет многое тебе рассказать.
Отказаться было бы невежливо, потому цифры внука я послушно записала. Само собой, звонить и собирать сплетни не стану. Я еще раз поблагодарила Ирину и покинула ее гостеприимное жилье. После потопталась опять возле дома с зеленой крышей (никаких признаков жизни и тревожных видений), отыскала машину и укатила подальше от побережья.
Меня ждал город.
Не успела я вернуться, зайти в номер и оценить очередной букет с пожеланиями «всего наилучшего» от администрации, как в дверь постучали. Разумеется, это был Калинин, девушки с ресепшн давно уже заделались его личными шпионками.
– Как дела? – буднично поинтересовался Роман, с улыбкой (и без приглашения) вторгаясь в номер. Выглядел Калинин, к слову, подозрительно хорошо, синева под глазами заметно спала, да и волосы он наконец догадался не только помыть, но и расчесать. Ничего общего с привычным бомжеватым очаровашкой.
– Отлично, – отозвалась я, закрывая за ним дверь. – Думаю вот, пора съезжать из этого отеля, да побыстрее.
– Что? Почему?!
– Меня всерьез беспокоит местная некомпетентность – сегодня милые девушки докладывают тебе, а завтра кому? Местному Чикатило? Может, я далеко не черноволосая красотка, но письмо с текстом «теперь твоя очередь» все же получила…
Калинин в полном изумлении уставился на меня:
– Ты это серьезно?
– Насчет письма? С него и началось наше знакомство, – не без укора напомнила я. Он что, забыть об этом успел? Или считает сообщение фигней? Ну а что, не он же его получил. И не ему советовали «найти, если сможешь».
– Нет, насчет переезда.
– Кто знает. Но я не люблю, когда за моими передвижениями пристально следят. Ты мог позвонить, а потом уже зайти.
– Я звонил, ты не брала трубку.
– Ты, значит, из тех, кто не понимает намеки, – я сбросила куртку и отправилась в ванную комнату. Через секунду на пороге нарисовался Калинин, привалился к косяку и оборонительно сложил руки на груди:
– Теперь объясни: есть ли у тебя причина так со мной разговаривать?
Есть. Нет. Не знаю. Я умылась ледяной водой и повернулась к Роману: радостное выражение лица испарилось, теперь он выглядел обеспокоенным, с намеком на панику, но вопрос его прозвучал довольно жестко. Может, Калинин и из хороших парней, но терпеть все подряд не станет. Да и вообще он себе на уме, молчит и делает как ему вздумается.