Оба они рассмеялись глядя прямо в огонь. Какая-то неестественная радость кружила между ними, от чего колдуна пробрала дрожь. Успокоившись один из них продолжил.
– Да. Только вот названия разняться. Взять хотя бы синий цвет. У нас единство. На западе и на востоке целостность. А вот в монастыре к тому же начертано невинность.
Сали уже не смеялся, но радость не хотела покидать его лицо. Вороша в костре палкой, он счастливо наблюдал, как снопы искр взлетали к небу. Ему стоило усилий, чтобы отвлечься и закончить их игру.
– Всё неоднозначно. Впрочем, не будем об этом, не хватало в такую ночь разводить дискуссии. Вы сами всё увидите Талро. Давайте я вам лучше расскажу, как перенёс нас во времени. Всё дело в том, что время и пространство не река как многие считают, оно скорей напоминает озеро…
Бывает так, что ночь кончается, едва начавшись. Когда во тьме горит огонь веселья, радости людей. Пока ты молод, он приходит часто, а с возрастом лишь в редкий день. Но тем важней тот день в году, чем реже он приходит, и тем, чем близких больше соберёшь и вспомнишь.
И вот уже к ним возвращался Андро.
…и конечно по звёздам я высчитал время и место. Не беспокойтесь, заклинание хоть и сложное, но весьма капризное. Судьбы не изменить, скорей она изменит вас, если вовсе не раздавит. Уж больно сильна вода в этом озере.
– А не пора ли нам в дорогу? Уже светает, да и народ разбрёлся кто куда.
Остановились они в тёмном узком помещении, прямо перед каменным постаментом, на котором стоял большой подсвечник.
Монах, пошарив в темноте, взял что-то с постамента и пару раз чиркнув, осветил тусклым огоньком подсвечник. Золотая яблоня с семью вершинами сверкнула в глазах колдуна.
– Показалось, – подумал, поморщившись, Талро.
Но монах, вернув огниво на место, уже зажигал горящей лучиной свечи.
Семирожковый чеканный светильник из золота осветил постамент и всю комнату. Слева обнаружился проход уходящий наверх. На самом же постаменте стала едва видна выгравированная надпись.
Семь цветов волшебства,
Бессмертных семь светил
Семь гор небесных освещают.
Семь духов волшебства,
Семь вечных – предначальных.
Они дыханье бога.
В том сила его слов.
Прошептал монах.
– Знаю, не очень складно. Но брат наш редко может похвастаться приятными талантами. Этот говорят, – проговорил в полный голос монах, указывая на надпись ладонью, – разбойник страшный был.
Талро поднялся следом за Сали и Андро, позади в узком проходе пыхтел их проводник. Комната, где находился компас волшебства, отличалась от всех предыдущих помещений своей округлостью. Без сомнений, это была именно она. Узкие окошки, расположенные вдоль всей стены освещали пол, на котором был изображён какой-то цветной рисунок. А под конусом крыши висела зеркальная люстра.
– И как это работает? – поинтересовался колдун.
– Сейчас, подождите, – где-то из стены торчал рычаг, и монах, раскручивая его, шипел от усилий. – Я здесь редко бываю, по понятным причинам.
Где-то за стеной загремели шестерёнки и цепи. Постепенно в комнату пробивалось всё больше света, это купол крыши собирался в четыре колоды над ними, открывая прекрасный вид на чистое голубое небо.
Сали направился на помощь монаху. Кроме одного большого рычага из стены выглядывали два колеса.
– С погодой повезло, не как в прошлый раз. Ещё и солнце едва заглядывает сюда. Талро, осмотритесь. Вас ведь интересовал компас. На полу нарисована гексограмма, каждый её сегмент раскрашен в один из цветов. Смотрите внимательней, там вписаны их имена.
Шестиконечная звезда лежала по центру комнаты, прямо под люстрой. В её красную середину по кругу были вписаны золотом всего два слова. Любовь и святость. Приглядевшись, колдун смог разглядеть выцарапанное и закрашенное – близость. Другие треугольные концы звезды также имели свои надписи. Колдун первым делом обратил внимание на синий цвет: целостность, единство золотом и невинность в синем. Напротив синего находился зелёный – бессмертие, вечность, исцеление. Рядом с зелёным, справа, фиолетовый – господство, вера, власть избранная. Напротив фиолетового – голубой – благочестие, надежда, верность. И дальше, справа от голубого – оранжевый – пророчество, истина, виденье. Последний, напротив оранжевого, жёлтый – благой помысел, ясное сознание, голос.