– Безумия, что губят счастье и любовь людей! Они, настигнут всякий мир, где прорастает мерзость запустенья, и сокрушат его!
Приговор и плата за него прозвучали в его словах. Всё то, что прячут люди в уголках сознанья, все их злобы, ненависть и ложь вырвутся на волю. Стремленье пренебречь своей ничтожностью возымеет верх.
Всё светлое, что было им самим, тонуло в губительной тьме. Иначе, спустись он вместе с ним, мог бы править над погибелью.
На прощание он хитро улыбнулся и покрылся золотом, запечатав себя.
Среди гор под самым куполом неба стоял одинокий камень. Его покой не нарушали ни птицы, ни звери. Лишь только люди, чьи сомнения сводили с ума и разрывали им сердце, могли появиться здесь в поисках забвения.
Не помня себя, Кадаро поднимался в гору. Кошмар не отпускал, но для него, меняясь, всё не было одним и тем же, ничто не оставалось точным.
Сокрушаясь сомнением, Кадаро нашёл потерявшуюся душу. Мальчик спал под серым камнем. Подойдя к нему, Кадаро пришлось укрыться от жгучего, как раскалённая жаровня, солнца. Он поднял мальчика на руки и исчез.
Ли сидел всё там же, на скалистом берегу. И с ним рядом сидел всё тот же Бон. Но ощущалось отстранение самого наблюдателя. Сидя так не впервые, он почувствовал себя как будто не своим в этой странной компании. Так стало, после того как к нему обратился мальчик.
– Скажи, отчего не прогонишь птицу?
– Зачем? Он друг мне.
– Друг? Что это значит?
– Он всегда со мной, во всех делах.
– И всегда с тобой соглашается? Попробуй спросить то, чего ты для себя не ждёшь.
Он сидел за их спинами, восхищаясь умиротворением, создаваемым ими на фоне океана. Бон уже не был своим, но всё равно такой близкий и понятный.
– Господин Сали. Вас ждут в магистериуме. – Нежданно подоспел с вестями один из младших магов.
– Что? Кто?
– Сам глава гильдии и посол князя Рик.
Собранные в кучу брови Сали намекали на запутанность ситуации и прибежавший маг решил уточнить.
– Нашей гильдии.
Глава 9 Сомнения
Где-то в гильдиях.
Старик Рун перебирал станок во второй раз. Дело было серьёзное, малейшая ошибка при сборке приводила к неправильной работе. Прошла не одна неделя с тех пор как на линии появился неожиданный брак. Все изделия на выходе имели небольшой видимый изъян, на который хоть и обратили внимание, но не придали должного значения. Пока из шахт не пришли плохие вести.
– Рун, старина! Чем ты занимаешься?! Я же тебе говорил, всей гильдией разбирали и собирали, всё на сто раз проверили. Он не работает. Сломался.
Это снизу кричал Кавил, главный местный мастер. Умелец он был хороший и говорил правду, но старик упёрто продолжал заниматься своим делом.
– Что не работает? – прокричал старик.
¬ А-а? – не расслышал его Кавил.
– Не работает что? – ещё громче прокричал Рун.
– А-а. Не нашли. Сломался он. Старый.
Докончив со сборкой, Рун выбрался и со щелчком закрыл крышку станка. А затем запустил линию. Через некоторое время по дорожке линии поползли изделия. Рун спустился, когда Кавил уже оценил его труды. Изделия были хороши, как и прежде. Мастер вопросительно развёл руки, не веря своим глазам.
Старик не объяснил причину поломки, вместо этого он поучительно проговорил:
– Когда ищешь, чего не знаешь, смотри во тьму, не отвращая взгляда, и волшебство даст тебе ответ.
Кавил всегда находил ответы сам, какими трудными ни были бы задачи. И потому, не веря сказкам, он сказал:
– А ты не думал, что волшебства не бывает.
Руну очень не понравилась серьёзность, с которой говорил Кавил, и он окончательно для себя решил податься в свободные земли.
– Смотреть нужно пристальней, а не оправдываться камнями на своём пути, – проворчал старик, уходя восвояси.
Мастер Кавил не стал спорить, хотя прекрасно знал, что ответить. Ему предстояло разобраться, чего такого начинил Рун.