– Знакомься, Талро. Он колдун и направляется по важному делу в столицу.
Представив незнакомца, посланник с кузнецами удалились по своим делам. Ли просил братьев оставить у них Заката и некоторые вещи до завтра. Оставшись наедине, маг и колдун начали разговор.
– Талро значит. Так вы южанин?
– Южанин. А вы Сали? Не тот ли Сали, что возглавляет гильдию магов?
– Он самый! – весьма повеселевший Андро неожиданно появился у входа.
Пока Ли с братьями кузнецами решал свои дела Андро, Сали и Талро успели хорошо познакомиться. За бутылочкой красного выяснилось, что Талро и Андро земляки и родом из одного королевства. Что Талро направляется в столичную библиотеку в поисках книг по истории, магии и волшебству. Что пришёл он с блуждающих гор, что находятся на границе между баронством Казон и княжеством Рик. Что в горах тех есть община, а точнее братство, таких же колдунов, как и он.
– Всё это очень интересно Талро, но на что вы путешествуете? До столицы путь не близкий, – Андро обратил внимание на довольно поношенный вид Талро, – И колдунов на западе не особо жалуют. Вот на востоке вам были бы рады.
Слова Андро тронули подвыпившего колдуна. Он привстал со стула, на котором сидел и представился по-новому.
– Ну, прямо сказать я, то есть мы, отличаемся от остальных колдунов и зовёмся добрыми колдунами.
– Добрыми? А такие бывают? – удивился Андро.
– Андро, ты опять мудришь, – вмешался Сали, – Ведь Талро сказал, что он добрый колдун, значит бывают. Пусть лучше объяснит, в чём заключается эта доброта.
– А что тут объяснять, – довольный тем, что внёс некоторую сумятицу, Талро присел, – В отличие от всех остальных колдунов мы добрые объединяем людей общими надеждами и стремлениями.
Перед Андро на миг предстала картина – собрание колдунов окружённое народами. Стряхнув наваждение, он спросил:
– А все остальные значит плохие, злые?
– Ну что вы, Андро, – примирительно говорил Талро, – Колдуны бывают всякие. Мы ведь все люди как ни как.
Ответ колдуна оказался достойным, и Андро проявил интерес к пристрастиям колдуна, таким как магия, история и волшебство. По истории книжных дел мастер дал хороший совет – не искать того что сгинуло. А для знакомства с магией и волшебством рекомендовал друга.
– Сали, окажи милость господину Талро. Объясни ему про магию и волшебство.
Андро с каким-то неудержимым весельем, ребячеством в глазах уставился на своего друга. И Сали ничего не оставалось, как принять вызов, о котором он пожалел.
Как глава гильдии магов Сали не стал ходить вокруг да около, и просто стал отговаривать Талро от пустой затеи.
У колдуна не хватало главного – веры. Хотя бы крупицы настоящей веры. Конечно, магия по своей сути являлась наукой, не более. И к примеру, та же алхимия описывала природу веществ. Но то, что представлялось как философия для сознания, при более пристальном и кропотливом изучении становилось законом для души. Знания были всего лишь верой в абсолюте, и наоборот.
Что-то такое пытался объяснить маг колдуну, а тот никак не желал принимать слова Сали на веру.
– Сали, вы утверждаете, что мне не постичь наук?
– Науки дело не хитрое, то есть наоборот. Что-то я с вами совсем запутался.
Андро похрюкивал. От хохота его удерживал лишь подогреваемый интерес к собеседникам.
– Талро, послушайте, – пытаясь вернуть себе разумение, продолжал Сали, – постичь магию, а тем более волшебство с помощью одних только знаний никакой надежде не под силу.
Но колдун не собирался сдаваться, всё больше влезая в дебри, где и сам Сали глава гильдии магов не раз спотыкался.
– Ведь магам подвластно колдовство, – намекал на возможность невозможного Талро.
И в этом колдун был прав. Магам давалось колдовство, как и волшебникам давалась магия. Но и те, и те в основном пренебрегали такими возможностями предпочитая совершенствоваться в чём-то лучшем. Обратно же правило это, почти не работало.
– А волшебство, что это? – не смирялся неугомонный колдун.
(Эх, Андро, удружил, так удружил, этот от меня теперь не отстанет, – причитал про себя Сали.)
Ох уж эти колдуны, где бы они ни появлялись, там обязательно возникали какие-то проблемы. Вот вроде бы жили люди, не тужили, бед почти не знали, нет, конечно, с терпением и пониманием друг к другу. А тут как некстати появляется какой-нибудь колдунишка и начинается. Одному что-то не нравится, другой что-то желает, а третьему и вовсе надоело всё. И спрашивается, а при чём тут колдун, ведь это их что-то там не устраивает. А дело в том, что раньше, без колдуна, они как-то уживались и даже не думали и не гадали что можно, а тем более и нужно (им самим) по-другому. Надежды людей, что дают силы колдовству, не всегда правдивы и часто пусты и бессмысленны. Но каким-то непостижимым образом колдун воплощает весь подобный хлам в умах и сердцах людей во вполне осознанное стремление, что преобладает над всем остальным. И вот уже люди, пренебрегая друг другом и тем более здравым смыслом, рушат устои и договоры, пренебрегая терпение и понимание.