Грязно, мерзко, больно. Они по очереди входили в меня, разрывая все мои внутренности. Брали зверски и неистово. Но я все ещё не сдавалась, сопротивлялась до последнего и даже как-то умудрилась высвободить одну из рук, но её тут же пригвоздило к земле пронзившим ладонь кинжалом. Удерживающий меня за руки брюнет еще и провернул острие в моей ладони. Урод. Больно, больно, как же больно! За что мне всё это? Почему на земле вообще существуют такие подобия «людей»?!
Я молила господа только о том, чтобы сердце остановилось, и всё закончилось. Каждое их движение приносило столько мучений! И смерть, будто-то потешаясь надо мной, всё не приходила. Будто заставляя меня испытать весь этот ужас, будучи в полном сознании.
Внутри разгорался огонь столь сильной всепоглощающей ненависти, что я больше не молилась. Я проклинала. Проклинала за разрушенную без причины жизнь, за сломанную судьбу.
Наигравшись вдоволь, меня бросили сломанной куклой под корни большого раскидистого дерева.
Я потухающим взглядом смотрела на медленно опадающие жёлтые листья дуба. Красиво. Это была моя последняя связная мысль. Помню ещё тошнотворный запах бензина, которым заливали моё тело. Дальше пустота, а потом неожиданное возвращение запахов, звуков, картинок.
Вот я смотрю на свои прозрачные руки, на них играют отблески уничтожающего всё вокруг пламени, вот перевожу взгляд на мой труп, поглощенный огнем.
Я стою посреди колоссальных размеров пожара. Кругом, куда ни глянь, столпы и языки пламени. Но ни сгорающему в этом буйстве стихии уже мертвому телу, ни мне, ставшей чем-то иным после смерти, разрушительный огонь не причиняет вреда.
Я теперь четко слышу звуки машин на магистрали рядом. Миг, и оказываюсь на дороге.
Перемещаться после смерти стало значительно легче. Выискиваю взглядом, есть ли дорогая машина на обочине. Отполированный черный внедорожник без номеров не заставляет себя ждать. Там я вижу весело смеющихся парней, которые заводят мотор и, делясь впечатлениями от успешной охоты на «мясо», едут прочь с места преступления. Я следую за ними. Это легко, я просто села на крышу их машины, так мы и добрались до дорогих частных закрытых коттеджей недалеко от нашего города.
– Арсений, ваших рук дело? – сразу после закрытия ворот на огороженный участок, показывая новости о внезапном пожаре в экране дорогого телефона, недовольно произносит мужчина в годах.
– Зато никаких улик, всё как ты учил, пап! – довольно отвечает блондин.
– Со мной были Жека и Колаш, ты же сделаешь нам как всегда алиби и, на всякий случай, найдешь свидетелей, видевших нас в клубе? – как само собой разумеющееся спрашивает светловолосый.
– Послал же Бог сына, ладно, заходите и хорошенько вымойтесь, чтобы не было следов, – бросил недовольно мужчина в возрасте и набрал кого-то по телефону.
– Да, доложите обстановку. Ага, понял, понял, да, с меня. Отключаюсь.
– Не дети, а наказание, – посетовал мужчина после звонка вслух в пустоту, будто его детки просто вязли без спроса покататься папину машину.
Злость, идущая рука об руку со мной с момента, как я оказалась вне тела, медленно, но верно, разрасталась во мне.
Я ждала. На крыше трехэтажного пентхауса этих богатеев, терпеливо ждала, как будут развиваться дальнейшие события.
Пожар все ещё тушили, не представляю, какой ущерб был нанесен природе. Очень было жаль те красивые деревья и ни в чем не повинных животных обитателей той местности. Природа словно почувствовала моё искреннее желание, и на глазах у меня начала формировать грозовая туча, что резким сильным ливнем начала тушить пожар.
В доме чертыхались, что погода спутала им все планы, но все равно были уверены, что на них никто не выйдет.
Я подставила ладони по освежающе прохладные капли дождя и поблагодарила природу за отклик. Ветер нежно коснулся щеки, словно давая понять, что принял мою благодарность. Удивительное чувство. Столь сильное и неземное, я почти начала растворяться в нем, но мерзкий смех моих мучителей в доме ниже разбил эту связь, злость снова вернулась.
Никаких следов моего тела «естественно» не нашли. А эти отморозки были дома под так называемым «домашним арестом», пили, кутили и играли в подвале их жилища в казино.
– Да, я понял, что они подали заявление о пропаже, ну потеряй, что я должен всему тебя учить?! Да кто ж знал, что у нее были серьги из циркония, которые не расплавятся, а внутри еще и потухший в них датчик GPS. Что значит, ты ничего не можешь сделать. Что значит, нет оснований утверждать, что она сама пришла в лес, стала причиной пожара и сгорела?!