— Да, Лейзл Эрнст. Я уже говорила вам, что уверена в том, что вы знаете о нас почти все, но думаю, что некоторые дополнения не помешают, они касаются нашей группы и ее планов на заключительный период деятельности. Я расскажу вам все об информации, которую группа собрала здесь, о том, каким образом эта информация будет переправлена в Германию, более того, я проведу вас и ваших друзей в одно место, расположенное за городом, где после завершения работы встретятся все участники нашей группы.
— А когда эта работа завершится? — спросил я и, допив коктейль, сделал знак буфетчице подать еще.
— Практически, работа закончена, — ответил она. — И если вы хотите добиться успеха, то должны действовать очень быстро. Но прежде всего, вы должны мне обещать…
— Ничего, — сказал я. — Ничего я вам не обещаю, Лейзл. А если бы и сделал это, то мое обещание ничего бы не стоило. И неужели вы думаете, что я такой идиот, чтобы заключить с вами сделку? Неужели вы так думаете?
Она пожала плечами.
Я предложил ей сигарету и закурил сам.
— Послушайте меня, фройлен Эрнст, — сказал я. — Мой вам совет — говорить сейчас и говорить все, что вы знаете. Без каких бы то ни было обещаний с моей стороны и без каких бы то ни было торгов. Если вы имеете информацию, которая может оказаться полезной для меня, то я могу попробовать что-либо для вас сделать. Я могу, но я не говорю, что я должен. Вот и все. Итак, будете вы говорить?
После минутного молчания она сказала:
— Я в ваших руках и вынуждена делать то, что вы скажете.
— Сколько человек в вашей группе?
— Ну… не очень много. Прежде всего, руководит группой и контролирует ее…
— Женщина около сорока с подчеркнуто голубыми глазами?
— Да. Фройлен Марта Хенкель.
Итак, возглавляла группу «тетушка». Для меня это была новость, которую следовало попозже обдумать. Она продолжала:
— В группу входит также очень красивая женщина, по имени Хэлдон. Вы ее видели у меня на вечере. Всего трое женщин, включая меня.
— Так. Мужчины?
— Из мужчин в группе был молодой человек Карл, носивший имя Стенли. Это тот, которого вы пристрелили на Нюмер-стрит, и…
— Припоминаю. Дальше.
— Был еще один мужчина по кличке Великий Равалло. Он был имитатор голосов и звуков и выступал в небольших кинотеатрах в провинции. В Англии он жил несколько лет и ему не составляло труда появляться в таких местах, откуда группе требовалась информация.
Я взглянул на нее и спросил:
— Почему вы говорите, что он «был»? А где же он сейчас?
— Не знаю. Он исчез. Просто исчез, и мы не знаем, где он и что с ним. Но для нашего дела это не важно, так как информация уже собрана, и оставалось еще только одно место, которое он должен был посетить. Вся собранная информация уже передана в руки нашей руководительницы.
— И это все? — спросил я.
— Нет, есть еще трое мужчин, но они играют подсобную роль. Сегодня ночью вы сможете их всех увидеть в одном доме за городом. Дом этот приобретен одним из нас уже несколько лет тому назад. Сегодня ночью там состоится заключительная встреча участников группы перед попыткой возвращения в Германию.
Сделав пару глотков из стакана, я спросил:
— Что вы искали у Кэрью, которого вы же и убили?
— Шифровка, которую мы получили, утверждала, что он доставил сюда сведения о дислокации наших ракетных установок на побережье Па-де-Кале.
— Кто его убил?
— Карл, Равалло и один из наших помощников Генрих.
— Где он был убит?
— На квартире у Генриха, в доме на Киннэул-стрит 25.
— По соседству с домом Марты.
— Да. И там есть проход через двор.
— Кто стрелял в Элисон?
— Там были Генрих и Марта.
— Каков он из себя, этот Генрих?
— Сегодня ночью вы его увидите. Среднего роста, плотный, квадратное лицо, большие уши, — слон, одним словом.
— Где ваша рация?
— В том же доме, в Эндоувере.
— Зачем вам понадобилось стрелять в меня газовым патроном?
— Марта полагала, что не найденные нами документы, возможно, переданы Кэрью вам.
— Но почему газовым патроном?
— Нас интересовали документы. Марта полагала, что если мы не обнаружим их у вас, то вы, так или иначе, сможете навести нас на их след. Кроме того, было еще одно соображение.
— Какое?
— Оставляя вас в живых, мы могли и в дальнейшем знать, кто именно нами интересуется. Это преимущество нам хотелось сохранить.
— Что вы знаете об инструкциях, данных Великим Равалло мисс Кэрью?
— К сожалению, мне об этом ничего не известно.
— Так что вы предлагаете? Вы сможете проводить меня к дому в Эндоувере, где этой ночью предполагается последняя встреча нашей группы?
— Именно это я вам и предлагаю. Дом расположен на окраине Эндоувера и носит название Форрест-Энд. К нему нужно приближаться по определенной дороге и определенным способом, иначе возникнут подозрения.
— Ясно. И каков ваш план? Бросив настороженный взгляд на проходившего мимо нашего столика посетителя, она продолжала, еще более понизив голос:
— Думаю, что мы, то есть я, вы и ваши друзья, могли бы встретиться сегодня на ближайшей окраине Эндоувера.
— Когда?
— Около двенадцати.
— Отлично. Где именно?
— По пути к Эндоуверу за четверть мили до него расположен запущенный парк. На самой его окраине с правой стороны от дороги стоит часовня. Мы встретимся у часовни. Оттуда по тропинке через парк мы выйдем к самому Форрест-Энду. Теперь вы видите, Майкл, что все карты я выкладываю на стол перед вами. Все, до последней. И сегодня ночью вы сможете сами убедиться в этом.
— Что ж, хорошо, Лейзл… Я попробую положиться на вас. Нельзя сказать, что вы являетесь особенно надежной особой, но, тем не менее, я принимаю ваше предложение и таким образом даю вам шанс. Мне кажется, что в данной ситуации большего вам никто не предложит.
— Вы не раскаетесь.
— Надеюсь. Итак, сегодня ровно в двенадцать часов ночи я встречу вас у часовни на окраине парка, примерно за четверть мили до Эндоувера. Вы проводите меня до самого дома. Остальное — мое дело. Но, Лейзл, никаких выходок с вашей стороны я не потерплю.
— Клянусь, что все, что я говорю и делаю, теперь будет направлено на то, чтобы мои акции росли в ваших глазах, Майкл.
— Поживем — увидим. А сейчас я тороплюсь в театр на новую постановку. Уже опаздываю, — добавил я, взглянув на часы.
— Жаль, я надеялась …
Стоя у кафе, я наблюдал, как машина Лейзл исчезла за поворотом на площади Беркли.
Я вернулся в кафе, разыскал телефон и был очень обрадован, когда после нескольких безуспешных попыток мне удалось, наконец, соединиться со Стариком.
— Что случилось? — спросил он.
— Небольшое изменение в моих экскурсионных планах. Предвидятся две экскурсии, которые я не предусмотрел. Поэтому нужен еще один попутчик, если, конечно …
— Какого рода?
— Подойдет любой. Ему придется заняться небольшой рекогносцировкой леса, имея в кармане нож и пистолет.
— Когда?
— Минут через десять я буду у себя, и если…
— Я вам позвоню. Все?
— Да.
Как только в трубке раздался щелчок отбоя, я позвонил Фриби. Он оказался дома и сразу принялся докладывать мне о своих ночных наблюдениях, но я его перебил и попросил явиться ко мне.
Выйдя на улицу, я взял первое попавшееся такси и отправился к себе на квартиру.
Итак, думал я, дело идет к своему завершению. Лейзл многое сообщила, чтобы заставить меня поверить ей в главном, и без запинки отвечала на мои вопросы, касавшиеся прошлого, касавшиеся того, что уже не могло иметь существенного значения. А вот о настоящем… Здесь дело выглядело далеко не так просто, надо было все обдумать.
Теперь, после беседы с Лейзл, уже невозможно сомневаться, что Джанина находится в их руках, что они собираются заставить ее говорить и для обеспечения спокойной обстановки при ее допросе и при своей заключительной встрече они решили принести в жертву фанатично преданную фатерланду Лейзл. Очевидно, ее задача как раз и заключалась в том, чтобы изменить мои планы, о которых они, вполне возможно, догадываются, и отправить со всеми моими помощниками в Эндоувер.