– А я тебя ещё кое о чём попрошу…
– Слушаю вас внимательно, пан.
– Я действительно сопровождаю доктора Вёллера в целях его безопасности. Дело в том, что герр доктор долго отсутствовал в здешних краях, а за это время многое переменилось.
– Да, это – верно.
– Меняются господа – меняются лошади…
– И это – верно, сударь. Что же вы хотите узнать?
– Каких перемен следует опасаться доктору? Как ты считаешь, полагаясь на свой острый глаз и опыт?
– Сударь, я назову имя одного человека, с которым и вам, и самому доктору нужно держаться настороже! – конюх вмиг сделался меньше в размерах. Он съёжился и осмотрелся по сторонам.
– Эй, Густав, – приказал он своему помощнику, парнишке лет тринадцати. – Возьми вёдра и наполни бочку водой!
Дождавшись, пока малый уйдёт, конюх тихо прошептал:
– Пан гусар, остерегайтесь князя Скалу! Как только он объявился во дворе его светлости герцога, так и начались неприятности. Маттиус фон Тротт… в этом стойле он оставлял своего коня. Йозеф Гиммерлинк…
– Кто это?
– Они были советниками герцога. Но князь избавился от них, заменив своими людьми. А эти люди – Зоннерлихт и Шваубе. Вы слышали о них?
– Нет, мы с доктором приехали совсем недавно.
– Теперь они советники герцога. Это – плохие люди. Как и сам Скалих. Много про них сказывают дурного, но я не стану повторять чужие байки. Так вот, Зоннерлихт при мне истязал своего коня! Он бил его плетью по морде! А Шваубе стоял и улыбался. Я был не в силах заступиться за бедное животное. Иначе могли и меня так же.
– Значит, Скалих меняет по своему усмотрению советников герцога?
– Да, а на их место ставит своих людей! Слуги, пан гусар, прекрасно слышат, о чём говорят хозяева.
– Господа, позвольте представить вам Дитриха Вёллера, врача, дипломата и, насколько я могу догадываться, большого любителя приключений, – с улыбкой объявила герцогиня окружающим её придворным: фрейлинам, магистру Функу, его супруге и помощникам, лейб-медику Титиусу, Якобу фон Шверину и другим лицам, находящимся при дворе Анны Марии Брауншвейгской. – Герр Вёллер – друг и советник моего супруга, герцога Альбрехта и, насколько мне известно, царя Ивана IV. Он приехал, чтобы увидеть нашу Серебряную библиотеку и рассказать о нравах и обычаях при дворе московского государя.
– Сердечно приветствую вас, ваша светлость, – с глубоким поклоном ответил Вёллер, сняв свой берет. При этом он отметил, что правила этикета, имеющие место при высоких дворах, тут не всегда соблюдаются. Герцогиня радушно принимает тех гостей, кто ей интересен, невзирая на титулы и звания. – Я также приветствую всех присутствующих здесь господ. И охотно расскажу вам об обычаях и нравах, царящих в далёкой Московии, а кому интересно – и о политических интригах, творящихся при дворе царя Иоанна. К тому же, смею напомнить, что я был и остаюсь врачом и, если кто-то нуждается в моих услугах, то с удовольствием их окажу.
Среди присутствующих возникло оживление. Гость обещал необыкновенные развлечения, по которым здесь соскучились.
– Надеюсь, что и Вы введёте меня в курс тех событий, которые произошли при дворе герцога, пока я отсутствовал, выполняя его поручение, – добавил Вёллер и опять почтительно поклонился.
После непродолжительного обеда, завершившегося прогулкой и посещением местного зверинца, где животные обитали в огромном загоне, не в клетках, а практически на воле, герцогиня ознакомила Вёллера с Серебряной библиотекой.
– Прекрасно! – воскликнул дипломат. – Всё имеющее цену – ничтожно, поскольку истинное богатство – бесценно! Воистину, только драгоценные мысли достойны того, чтобы храниться в столь драгоценной оправе!
Затем герцогиня показала «интересному гостю» внутреннее убранство Нойхаузена. Потолки замковых помещений укреплялись восьмиугольными колоннами с фигурными консолями, украшенными ажурным орнаментом. Каменный пол, высокие стены и арочные конструкции создавали необыкновенный акустический эффект, при котором звуки могли «повисать» на долгое время, а бестелесное эхо звучало отовсюду и ниоткуда. «Очаровательная затворница», как окрестил про себя Анну Марию дипломат, рассудительно говорила и чрезвычайно внимательно слушала. Ей очень нравились рассказы путешественника об обычаях московитов.