– Поживёшь здесь ещё день, – продолжил уродливый надзиратель. – У тебя есть, где сидеть, – кивок на табурет, – есть, где лежать, – кивок на раскладушку без матраса, – есть куда ходить, – он пнул ногой ведро, которое жалобно звякнуло, – и есть что жрать. На день хватит. Если твой дружок поступит мудро, завтра тебя отсюда выпустят. Так что, не скули и не ори…
Они собрались уходить.
– А если твой приятель решит поступать, как ему вздумается… Ты останешься здесь навсегда! – прошипел напоследок надсмотрщик.
– С дамой надо говорить вежливее, – раздался вдруг зычный и такой родной голос. – Тогда многих неприятностей можно избежать!
Откуда-то брызнули электрические искры, два надзирателя, как подкошенные, рухнули на пол, едва не сбив табурет с лампой, третий присел от неожиданности. В камеру стремительно вошёл мужчина.
– Андрон! – выдохнула Ксения.
– Да, это я. Вы в порядке? – Глаза андроида быстро оглядели фигуру женщины и переметнулись на уродца, который, начал приходить в себя.
– Да, – кивнула Ксения. Она собиралась ещё что-то сказать, но Андрон жестом остановил её.
– Кто ты? – обратился он к пытающемуся подняться врагу.
– Мастер-страж, – нехотя ответил тот.
– Знаешь, кто я?
– Не могу разобрать…
– Веришь, что я выше тебя рангом, мастер? Ты обязан мне подчиняться, иначе я испепелю тебя!
– Жду указаний, – поник головой страж.
Андрон подошёл к Ксении. Та прильнула к его груди и слёзы хлынули у неё из глаз.
– Ну-ну… Успокойтесь. Всё в порядке.
– Почему ты делаешь это? – проскрипел мастер-страж. – Так не по закону!
– По закону! Я выполняю приказ своего Создателя! А сейчас ты проведёшь меня в главный зал!
– В Чертог Вечности? – создалось впечатление, что даже гомункулы способны удивляться. – Туда без Великого Магистра нельзя!
– Ты доведёшь меня до двери и ответишь на некоторые вопросы. Или умрёшь! – Андрон вытащил кинжал.
Ксения с изумлением отметила, что уродливый надзиратель, завидев клинок с зубцами, сначала уставился на него, как паук на желанную муху, затем с почтением поклонился:
– Повинуюсь, господин…
Андрон взял Ксению за руку, та подняла свою сумочку, надела её на плечо, и они, вместе с мастером-стражем, схватившим лампу, вышли из темницы. Женщине не терпелось задать множество вопросов своему освободителю, но она благоразумно молчала. С таким защитником ей стало гораздо спокойнее. Испытав сильнейшее потрясение, она понемногу приходила в себя. Но тип, что шёл впереди и нёс керосиновую лампу, по-прежнему внушал страх. А что, если там, во тьме прячутся такие же безобразные существа, готовые на всё… Действительно, впереди ощущалось некое мельтешение, поблёскивали в свете лампы настороженные глаза и слышался невнятный шёпот. Но Андрон крепко сжимал её руку, и она верила: с ним ей не грозит никакая опасность.
Идущий впереди гомункул, похоже, не замышлял никаких провокаций. Наконец, они остановились. Ксения огляделась, но никакой двери в загадочный зал не обнаружила. Даже после того, как мастер-страж осветил стену. Зато Андрон всё прекрасно видел. Он достал клинок, при виде которого уродец опять почтительно склонился, и осторожно ввёл его в малоприметную щель. После звучного щелчка дверь поползла в сторону, открывая вход в тёмное помещение.
– Это и есть Чертог Вечности? – спросил гомункула Андрон.
– Да, господин, – ответил тот.
– Ты бывал здесь раньше?
– Много раз, мой господин, – подобострастно ответил «мастер». – Но я не принимал участие в обряде, я стоял на страже. Сюда входят Великий магистр, его приближённые из числа Создателей и посвящённых людей, и наши братья, просветлённые…
Андрон взял лампу из рук мастера и шагнул в зал. Ксения последовала за ним. Гомункул остался снаружи. Чертог Вечности не поражал ни огромными размерами, ни изящным убранством. «Что-то среднее между подсобкой для хозяйственного инвентаря, – подумала Ксения, – и кладовкой для хранения консерваций». Примерно семь на восемь метров. Каменный пол, покрытый грязными пятнами. В дальнем от входа углу были сложены деревянные ящики, некоторые уже начали рассыпаться от ветхости. Пахло чем-то затхлым, какой-то гнилью… Посреди помещения стоял стол, видимо, из гранита, возле него расположились две сколоченные из досок скамьи. На стенах из кирпичей с отпечатками огромных волчьих лап во вбитых кольцах держались факелы, которые Андрон зажёг. В Чертоге Вечности стало светло.