Несчастным консьержем несколькими минутами позже занялись прибывшие медики и полицейские. Старшему следователю прокуратуры Николаю Сунцову профессор позвонил лично. Он пообещал сообщить ему все подробности произошедшего, но в приватной беседе, учитывая щекотливость ситуации. Больше времени потребовалось на то, чтобы полностью успокоился и пришёл в себя хозяин студии. Дело было даже не в том, что его едва не ограбили и чуть не убили, а в том, что он впервые в жизни «познакомился» с искусственными людьми. К тому же – открыл неизвестную страничку из жизни своего предка.
– Кто бы мог подумать, – то ли сокрушался, то ли радовался музыкант. – Поисковики залезли в подвал, где никаких сюрпризов не предвиделось, и нашли старинную рукопись! А в бумагах упоминания о моём славном пращуре!
– Благодари Александра Бударина: чутьё его не подвело! – рассмеялся Арсентий.
К тому времени друзья немного убрали в студии: сложили разбросанные вещи, расставили по местам музыкальные инструменты, закрыли дверцы шкафов. Здесь никогда не царил образцовый порядок, но следы «погрома» были устранены.
– Я хочу немедленно взглянуть на тот документ! – заявил хозяин дома.
Тут Ледовской заметно погрустнел.
– Видишь ли, рукопись исчезла. Снимки текста, сохранённые в электронном виде, тоже изъяты. И не обошлось без жертв…
– Опять эти уроды? Гомункулы?
– Они самые. Теперь им известно, что мы посвящены в тайну и, думаю, в ближайшее время следует ожидать от них ответного хода!
– Как, говоришь, фамилия того немца?
– Дитрих Вёллер.
– Но ему удавалось как-то противостоять им…
– Некоторое время – да, потом и он укрылся в замке. Если гомункулы почувствовали бы от него реальную угрозу, то убрали. И даже не своими руками. При дворе Георга Фридриха тоже орудовали эти твари. Сын герцога Альбрехта был «записан» в слабоумные, а любые попытки опровергнуть эти нелепые слухи сразу же пресекались. Там шла борьба за власть. Нелюди получили её и старались удержать в своих руках. То есть, не в «своих», а в руках нужного им человека – своего хозяина. Одно неосторожное слово – и за Вёллером приехал бы отряд стражников, а там – дело могло и до суда не дойти…
Арсентий не спешил сообщать Николаю, что снимки рукописи прусского врача у него сохранились. Ведь никто не знал, что может случиться с копиями и их хозяином в самое ближайшее время.
– Значит, – Николай по такому случаю не смог отказать себе в рюмке хорошего коньяку, – мой предок Семён Жменя гулял по этой земле 450 лет назад…
– Да, и как гулял! – усмехнулся Арсентий. – Не забывай, что отсюда он увёз в Россию невесту – твою прабабку!
– Настоящий казак! – восхищённо произнёс Бондарев.
Некоторое время молчали. Николай, разумеется, угостил своих спасителей самым душистым кофе и постарался создать непринуждённую обстановку. Но тревога всё-таки ощущалась. Арсентий так прямо об этом и сказал:
– Я думаю, друзья, что нам нужно готовиться к неприятностям. Какой-нибудь гомункул, сидящий в Министерстве внутренних дел, поднимет трубку, и нас могут надолго запереть или упрятать в психушку.
– Думаешь, они и туда забрались?
– Боюсь, что они везде. Всем нам, включая Сунцова, Бударина и Овсянникова, всем, кто догадывается или знает о гомункулах, угрожает серьёзная опасность. Следует подумать, как её избежать…
– Считаю, что беспокоиться рано, – произнёс прежде молчавший Андрон. Приятели вопросительно посмотрели на него.
– Опасаться следует тебе, брат, – обратился он к Арсентию. – Гомункулы понесли серьёзные потери. Тебе придётся дать согласие работать на них. Только тогда они оставят всех в покое.
– Но как я могу?
– Нам необходимо выиграть время. Время, которое потребуется мне, чтобы отыскать и уничтожить их лабораторию.
– Они оборудуют лабораторию в другом месте… – возразил Бондарев.
– Не думаю, – ответил Андрон. – Их «змеиное гнездо» освящено и намолено много столетий назад. Возможно, именно с этой целью тут был основан Королевский замок… И во все времена гомункулов производили именно здесь.
– С чего ты взял? – недоверчиво спросил Ледовской.