– Всё, господин. Далее следовали заклинания и появлялся «дьявольский огонь», которым повелевают. Осмелюсь спросить, во имя чего вы совершаете этот ритуал?
– Мне поручено освятить Чертог Вечности к скорому приезду Великого магистра. Ступай в коридор и займись своими обязанностями. Охраняй нас. Не пускай сюда никого!
Андрон и Ксения остались одни в странном и мрачном, несмотря на горящие факелы, помещении.
– Присядьте, – Андрон отодвинул скамью от гранитного стола и сам опустился на её край. – Что вы обо всём этом думаете, Ксения?
Женщина села и прижалась к своему спасителю. Она дрожала, словно в лютый мороз.
– Я не знаю, что и думать, Андронушка... – голоса не было, она с трудом вышёптывала слова. – Мне кажется, вы знаете больше меня. Кто эти люди? Почему меня похитили? Какое отношение к этому имеет Арсентий?
– Андронушка… – еле слышно повторил «синтетический человек». – Я сейчас вкратце вам всё объясню, Ксения. Будьте добры, поверьте мне и не перебивайте. Эти люди – вовсе не люди, а искусственно выведенные особи. Иначе говоря, гомункулы. Вы, наверное, слышали о них?
– Слышала, конечно, но была уверена, что это – всего лишь средневековые сказки.
– Как видите, не сказки. Производить их начали ещё в стародавние времена. И совсем не так, как меня создавал Арсентий. Он мне – и отец, и брат, а эти существа – бездушные твари. Они чувствуют, что я – такой же, как они, но… на несколько уровней выше. Поэтому и подчиняются. Так вот… Эти существа живут рядом с нами. А действуют не только здесь, в кёнигсбергских подземельях, но и наверху. Они разбрелись по всему миру. Наиболее совершенные гомункулы – просветлённые, занимают кресла чиновников и политиков, им помогают мастера – киллеры и воры, обманщики и охранники. А тем, в свою очередь, служат подмастерья, самый низший класс гомункулов.
– А Арсентий?..
– Они заинтересовались им, как выдающимся учёным, человеком, который производит донорские органы. И решили привлечь его для создания себе подобных, возможно, гомункулов нового поколения… Понимаете, к чему это может привести?
– Боюсь даже думать…
– Они поставили Арсентию условия. Он стал тянуть время, и тогда они решили похитить вас, чтобы он стал сговорчивым.
– Кто «они»? Гомункулы?
– За гомункулами, Ксения, стоят люди, имеющие большие возможности и гигантские аппетиты.
– Что же теперь делать?
– Арсентию удалось синтезировать меня… Как вы знаете, я тоже не совсем человек. Но душа у меня, без сомнения, есть! И я готов помочь своему Создателю… И вам. В данной норе находится лаборатория, в которой производят этих уродцев. Похоже, она единственная в своём роде. Необходимо её уничтожить. Думаю, это их успокоит на некоторое время. А если станут кого-то из вас преследовать, я их истреблю. Всех…
– Так вы здесь для этого?
– Я пришёл, чтобы вырвать вас из рук гомункулов. И мне это удалось. А коль мы добрались до самой лаборатории, то надо придумать способ, как её разрушить.
– Не очень-то это место похоже на лабораторию, – Ксения стала ощущать, как к ней возвращается голос и внутреннее спокойствие. – А они смогут воссоздать её в другом месте?
– Смогут. Но если здесь находится некий атрибут, главная святыня, которая делает этот подвал Чертогом Вечности, а мы его найдём и уничтожим, то они ничего больше уже не создадут. Для оживления гомункулов Магистр и его подручные используют шаровую молнию…
– Мы должны обнаружить устройство для её «вызова»? – догадалась женщина.
– Да. Начертанных письмен и заклинания достаточно для такого ритуала. Но я не уверен, что всё ограничивалось только этим.
– Здесь нарисованы руны…
– Вижу. Только не скандинавские, к которым все привыкли, а древнеславянские. И восстановлена надпись…
– Вы разбираетесь в рунах? – удивилась Ксения.
– Да, во мне заложен достаточный запас самых разносторонних знаний.
– И что же за слово тут написано?
– Видите ли, Ксения… Каждая руна – не какая-либо буква. Она – особый символ, даже образ. Поэтому несколько рун, стоящих в определённом порядке, не всегда означают одно слово.
– Как всё сложно…
– Да, Ксения. Наши… То есть, ваши предки были умнейшими людьми, – он улыбнулся, – и образованными. Кирилл и Мефодий, создавая «свой» алфавит, сильно упростили славянскую азбуку, лишив её многовековых основ и связи с Космосом. Но они сделали письменность общедоступной, как для жреца-волхва, так и для землепашца. Поэтому эти несколько рун, возможно, целое предложение, какой-нибудь совет, предостережение или угроза… У каждой руны есть ключевые значения, так называемый код. Вот, например, руна, напоминающая метёлку. Это – Чернобог, руна, обратная Белбогу или Миру, что олицетворяет Добро и Порядок.